— Ты прав. Не ты ли теперь весь мой мир? Другие мужчины ведь перестали существовать для меня, не так ли? Ты это все, чего я хочу лишь после одноразового траха. Правильно? — Может быть он зол, но и я зла не меньше. — Иди ты к черту со своим эго. Я хочу, чтобы ты ушел.
Я хочу, чтобы на него подействовал мой ядовитый сарказм. Я хочу, чтобы ему было больно, как и мне. Я ненормальная, я знаю.
Я чувствую опустошение.
Он молча отстраняется от меня, а затем я наблюдаю, как удаляется его силуэт в сторону лестницы.
Я жду пару минут, чтобы немного прийти в себя. Мои ноги не могут тронуться с места. Я стою, как прикованная даже не знаю сколько, прежде чем добраться до своей комнаты. Оказавшись на кровати, я даю волю слезам.
Как мне удалось за столь короткое время моего нахождения здесь впасть в зависимость от бывшего парня моей сестры, и самого большого бабника по совместительству? А потом еще и наговорить ему гадостей только за то, что он имел неосторожность предложить мне одноразовый секс, на который я сама же и согласилась. Вот зачем он пришел?
Утром мы с Молли едим наш завтрак за столиком в университетском кафе. Точнее, она ест свой завтрак. А потом и мой.
— Он не явился бы среди ночи, если бы не запал на тебя, дурында. — Молли — эксперт в отношениях, вы не знали? А еще, она талантливо выпытывает все, что хочет знать, даже если вы и заикаться не собирались на эту тему. — Сама подумай.
— Я больше не в состоянии думать. Я потратила на это всю ночь, но безрезультатно. Я все еще не знаю, как все исправить.
— Ты и правда выглядишь хреново. — Она любезна как никогда. — Может, будешь кусочек?
— Спасибо. Не хочу.
Она закатывает глаза, но не настаивает больше.
— Для начала исправь его имя на настоящее.
— То, что он захотел меня еще один раз вовсе не означает ничего из того, что ты там себе понапридумывала. Он не заслужил быть даже безобидным «Д» в моем телефоне. «Джери» было куда лучше, — говорю я как злобная стерва.
Она фыркает в ответ, а я больше не хочу продолжать этот разговор. Поэтому я радуюсь, когда к нашему столику подходят парни и приглашают на вечеринку в субботу.
— Мы идем, — сразу соглашаюсь я. Перспектива идти на субботние посиделки к Йену и Мелиссе мне совсем не улыбается, поэтому я без раздумий соглашаюсь повеселиться с Паркером и его друзьями. Надеюсь, хотя бы это решение правильное.
Надо просто держаться подальше от Паркера и везде ходить с Молли.
Меня начинает потихоньку сводить с ума моя одержимость. Тем вечером Кэролайн готова была упасть на колени перед мои членом в любой момент. Было бы достаточно легкого кивка с моей стороны, и я бы наблюдал, как ее рот поглощает меня. Но все мои мысли привели меня к Эви в хреновых два часа ночи. Твою ж мать. Моя задница чует неладное из-за всего этого.
Я знал, что журналистка хочет меня еще с первого интервью. Не то чтобы я был гиперсамоуверенным. Нет. Я издалека вижу эти уловки. Тем более что она даже не пыталась быть загадочной. Вчера она в открытую призналась, что второе интервью лишь предлог.
Кто бы сомневался.
Кому будет интересен чувак, который только и делает в своей жизни, что трахается и продает дома. Нет, безусловно, женщины находят во мне что-то, о чем даже можно поразглагольствовать на целую статью. Но я в них не нахожу ничего, в Кэролайн в том числе, о чем я ей прозрачно намекнул. Очень прозрачно. Теперь, кто знает, выйдет ли эта статья вообще.
Мне плевать.
Помните мое правило, не связывать бизнес с постелью? Забудьте об этом. Отныне новое правило — мой член желает погружаться только в сладкую киску Эви Миллер, остальные могут идти на хрен.
Не знаю, как долго это продлится, и что будет в конце, но уже слишком поздно, чтобы о чем-то сожалеть. Возможно, я разобью ей сердце, возможно даже, что она разобьет мое, впрочем, я буду рад узнать, что оно у меня есть. Но скорее всего Мелисса четвертует меня, а ее настоящий подкаблучник будущий муж будет годами читать нотации, склонившись над той четвертинкой, где голова, чтобы взрывать мой мозг снова и снова, но Эви… мой наркотик на данный момент. А я «на игле» после горячего утра в моем домике на пляже.
Каждый раз, думая об этом, мой член становится таким твердым. Я даже не представлял раньше, что он так умеет.
Что я могу сказать? Он полон сюрпризов. Я полон сюрпризов.
Сидя напротив Кэролайн, которая опять предусмотрительно расстегнула пару верхних пуговиц и надела самую короткую юбку, на которую только способна модная промышленность, или сама Кэролайн, вооружившись ножницами и навязчивой идеей покорить меня этим, я думал только о том, чтобы быстрее ответить на ее дурацкие вопросы и свалить к чертовой матери. Лично для меня это интервью не представляло никакого интереса. Как и полуголая девица. Голая девица — ответ тот же. Если только это не…
Эвелина. Я смакую ее имя снова и снова, в попытке понять, что в ней такого. С какой-то радости мне жуть, как важно все происходящее между нами. Черти что. Но какой же приятной на ощупь она была прошлой ночью. Мой член мне не указ, конечно, но… Да кого я пытаюсь обмануть?
