Я делаю глубокий вдох, прежде чем выйти из квартиры, игнорируя любопытные взгляды, а затем набираю Молли. Она ведь входит в список ее друзей, и с ней, ей богу, проще договориться.
— Привет, — говорю я, когда она берет трубку после долгих гудков. На заднем фоне гремит музыка, я слышу так же голоса. Женские и мужские. Вечеринки — такой отстой на самом деле. Я только сейчас это понял.
— Дай угадаю, ты хочешь знать, где мы, — щебечет она веселым голоском.
— Ты так хорошо меня знаешь.
— Просто я на твоей стороне, — неожиданно сообщает она.
Я рад. Правда, рад.
— Спасибо, — отвечаю я. — Только не говори, что это какой-то бар в Малибу с кучкой пьяных ублюдков.
— О, нет. Мы дома у Паркера, я скину тебе адрес.
И положила трубку.
Она только что сказала, у Паркера? Великолепно, мать вашу. Этот кретин приставал к ней на глазах у посторонних людей средь бела дня, а она потащила свою умопомрачительную задницу в его дом на вечеринку? Чем она только думала? Очевидно, как раз этой самой задницей.
Пусть только малолетний кретин позволит себе лишнего, и он — покойник.
Через каких-то двадцать минут я паркую машину через дорогу от указанного дома. Тихий спальный район, на улице никого, кроме меня нет. Возможно, все у весельчака Паркера. Или здесь никто больше не живет. Никаких признаков жизни в других домах. И ничего обнадеживающего для меня.
Я:
Малышка:
Она заставляет меня рассмеяться. Она точно в здравом уме, это очень хорошо.
Я:
Глава 16
Я посылаю самый испепеляющий взгляд своей подруге, на который только могу быть способна. Это уж слишком. Похоже, эти двое спелись. Сначала один заговор, теперь это. Не то чтобы я была против в прошлый раз…
Сейчас совсем другое дело.
Я решительно настроилась держаться от него подальше. Все что с ним связано впредь должно следовать мимо. Вот же черт, мне и так сложно. Что если я не пойду? Неужели он осмелится ворваться в чужой дом без приглашения? Хм, лучше я не буду проверять это. Что-то мне подсказывает, что он способен на что угодно. Ну да, это же Джереми, не привыкший к отказам, Холдер.
— Я убью тебя, Молли. — Я прерываю ее танец у бассейна, чтобы сказать это. На что она только смеется. — Ладно, веселись, тебе не долго осталось, — бормочу я, направляясь к выходу.
Все, что от меня требуется, это выйти к нему, повторить, все то, что я уже говорила, но до него не дошло, и вернуться, чтобы разобраться с Молли.
Я замираю в тени, когда вижу мужчину моих грез. Сердце начинает колотиться, стараюсь ровно дышать, но получается хреново. Он скрестил руки на груди, широко расставил ноги и смотрит куда-то в сторону. Вот о чем я и говорю. Стоит мне его увидеть, и я уже во всю пускаю слюни на этого красавчика. Который, между прочим, потрудился узнать адрес, наплевал на свои планы и вот он здесь, для меня. Ладно, предположим, он не сильно напрягался с адресом, благодаря моей подруге. Такими темпами, скоро она станет его подругой больше, чем моей.
Мои внутренности ликуют от того, что он здесь. Я не хочу это чувствовать. Но я бессильна, по всей видимости. Я набираю полные легкие воздуха, не спеша выдыхаю и выхожу из своего убежища.
— Вот же проклятье, — произносит он, склонив слегка голову на бок, пока сканирует меня с ног до головы.
Первая мысль — броситься бежать, но мои предательские ноги сами подносят меня к Порше, на белом капоте которого разместилась самодовольная задница его владельца.
— Ты как хренов подарок на Рождество, обернутая блестящей ленточкой, имитирующей подобие платья. — Он притягивает меня за талию так близко, что я ощущаю его эрекцию.
Уже? Вау.
Я должна его оттолкнуть, но его аромат… Одеколон вперемешку с его собственным неповторимым запахом. Интересно, может так пахнет тестостерон? Он обволакивает меня, лишая разума.
Ошеломительно красивый мужчина прижимает меня к своему крепкому телу и разглядывает мое лицо в свете уличных фонарей. Очень интимно. Он здесь. Из-за меня. Добавьте к этому недавно выпитый мной бокал шампанского, и можно считать, что я уже пала жертвой этой хитровыдуманной сексуальной ухмылочки, которая рисуется на его гладко выбритом загорелом лице.
Большим пальцем правой руки он проводит по мои губам, отчего те послушно размыкаются.
— Твою ж мать, — слышу я перед тем, как его язык скользит по моей нижней губе. Я с охотой отвечаю на этот жест, жадно впиваясь в его проклятые губы, и запускаю пальцы в его слегка взъерошенные волосы. Довольный рык исходит из его горла, и в моих трусиках становится мокро. Просто целоваться с ним — такое неповторимое удовольствие. И этого никогда не может быть достаточно.