Корделия с тревогой поглядывала на приборы. Видимость практически нулевая, сильный боковой ветер. Двигатель на предельных оборотах. Ей навстречу ползет грозовая туча. Перекрывает путь. Придется облетать или подниматься выше, над облаками. Если свернет, то на дорогу понадобится времени гораздо больше, часа три, не меньше. Она потянула штурвал, вздергивая нос флайера. Навигационная программа выводила красным пунктиром заново проложенный курс поверх облачного, утыканного молниями, скопления. От «Жанет» никаких известий. Корделия повторила запрос. Но искин молчала. Может быть, мешает гроза? Сигнал не проходит? Ну почему она не догадалась раздобыть Мартину комм! О чем она думала? Вот что значит столько лет жить одной. И думать только о себе. Мартин всегда дома, у нее на глазах, беспрекословно приходит по первому слову. Внешний мир его пугает. Куда он может пойти? Неожиданно комм пискнул. Пришло сразу несколько сообщений от «Жанет».
«Устройство типа DEX-6 находилось в пределах локации, обозначенной как базовая, до 20 часов 40 минут».
«В 20 часов 40 минут объект покинул пределы локации в северо-восточном направлении. В течении 96 минут с ним сохранялась связь».
«Связь с устройством прервана».
— Да что с тобой, «Жанет»? Кончай называть его устройством! Ты язык человеческий забыла?
Флайер летел уже выше облаков. Внизу сверкали, змеились огненные зигзаги. В корпус били глухие громовые раскаты. Но выше, над летящей машиной, светилось неземными созвездиями чистое, глубокой синевы, небо.
Пришел ответ.
— В данный момент оболочка, идентифицируемая как «Жанет», системой не поддерживается.
— Почему это? Что с тобой? Тебя взломали? Отвечай!
Ответа долго не было. Наконец Корделия услышала тихий вздох.
— Нет, — услышала она привычный голос искина, — мне стыдно.
Корделия обнаружила, что поверх ее сердца уже несколько минут растет железная корка, которая вдруг лопнула, и сердце плеснуло загустевшую кровь в аорту.
— Да вы меня в могилу сведете! Что у вас там происходит?
«Жанет» чуть слышно всхлипнула.
— Я… его… я его… потеряла.
— Что значит «потеряла»? Он что иголка в стоге сена? У него рост метр восемьдесят четыре.
— Ты же сама разрешила ему покидать дом в любое время. Вот он и вышел.
— И?
— Не вернулся…
Корделия помолчала, собираясь с мыслями.
— Когда это случилось?
— В 20:40.
— Ты сказала, что девяносто шесть минут нет связи.
— Да, связь пропала не сразу. На запросы он не отвечал, но я его видела. Как устройство.
— Не называй его устройством! Он живой. Ему сейчас холодно и страшно.
— Мной была зафиксирована удаленная активность процессора DEX-6. Активность наблюдалась в течении 96 минут, затем объект был потерян.
«Жанет» снова всхлипнула.
— Куда он пошел?
— На восток. Пока находился в зоне досягаемости, двигался строго по прямой, не сворачивая. Двигался быстро, средняя скорость 30 км в час.
— Так он бежал?
— Да.
— От кого?
— Не знаю, — вздохнула «Жанет».
Корделия взглянула на развернутую навигационной программой подвижную виртуальную карту. До места назначения оставалось полчаса лету.
— Вот что, «Жанет», активируй периметр по границе. Фиксируй все передвижения в пограничной зоне. Установи ограничения по массе объектов. Все объекты массой ниже 60 кг и выше 80 считать не подлежащими учету. Активируй все дроны внешнего патрулирования. Задействуй инфракрасные визоры. Всю информацию мне на комм. И еще… Вскипяти воду.
Грозовые тучи ползли, царапая брюхом крышу. Молнии били в развернутые громоотводы, уводя дармовое, атмосферное электричество в резервные аккумуляторы под землей. Корделия, вздохнув поглубже, нырнула в кипящую бликующую бездну. Увернулась от молнии. Почувствовала, как тихо завыл, завибрировал корпус машины. Вторая молния ослепила приборы. Флайер вильнул, заваливаясь набок. Навигационная карта мигнула. Корделия выровняла машину и по дуге пошла на посадку. Створки ангара уже разошлись. Корделия чиркнула крылом по одной из них, выбив сноп искр, и жестко приземлилась. Посадочные стабилизаторы загудели от нагрузки. Створки над головой сомкнулись, приглушая вой ветра до невнятного шепота. Двигатель смолк. Корделия с минуту сидела неподвижно. Затем рывком сдвинула дверцу.
— На обморок и сердечный приступ времени нет, — сказала она себе, выбираясь из флайера.
В доме, натягивая комбез, она крикнула:
— «Жанет», прокрути мне запись с внешних камер. Ты же фиксируешь все, что происходит снаружи?
— Снаружи — да, внутри — нет. Ты же запретила мне за ним подглядывать. Ах, ах, мальчик стесняется…
В доме не обнаружилось следов ни нападения, ни техногенной катастрофы. Все оставалось в том же виде, в каком Корделия оставила. Только посреди гостиной валялся планшет. Тот самый, который она подарила Мартину. Планшет с голографиями родителей. Корделия подняла его и задумчиво повертела.
— Что же тебя так напугало?
— С какой минуты начать воспроизведение?
— Покажи мне полную панораму дома за полчаса до ухода Мартина.
