Феодор Афанасьевич быстрым шагом направился прямо к люку, он посмотрел вниз и увидел деревянную лестницу. Девушка велела ему спускаться первым, а сама аккуратно прикрыла люк. Спустя пару мгновений, детектив очутился в узком коридоре с деревянными подпорками и перекрытиями, между которыми висело несколько масляных светильников. Вдруг наверху послышались звуки борьбы. Они продолжались недолго. Феодор Афанасьевич прислушался. Кто-то спускался по лестнице. Он насторожился и уже был готов принять боевую стойку, но тут перед ним снова оказалась, та же девушка в белом платье.
— С одним я расправилась!—тихо проговорила она. — Но остальные от нас не отстанут!
— Кто они?—почти шепотом спросил Пропажа. — Горынычи?
—Потом объясню.
— А куда ведет этот ход?
— В усадьбу.
— Графов Мальцевых? — спросил Пропажа.
— А кого же еще? — произнес тихий, но очень беспокойный женский голос.
Темный подземный лабиринт закончился высокой мраморной лестницей ведущей наверх. Пропажа насчитал пару сотен ступенек, прежде чем они вышли в большую гостиную комнату. Среди мрачного внутреннего убранства, состоявшего из низких каменных скамеек и громоздких дубовых шкафов, перемешавшихся со следами паутины и прогнивших досок, можно было различить потемневшие статуи из золота и серебра, с инкрустацией драгоценных камней. Все монументы были жутковатые и весьма странные. Если изображали животное, то не менее чем с двумя головами, а если фигуру, похожую на человека, то непременно в каком-то нелепом и закрытом шлеме. Пропажа так и не сумел разглядеть всю обстановку гостиной, настолько она была велика. Да еще и раздался шум где-то внизу, словно выбили дверь. Девушка в белом платье потащила Пропажу сначала в коридор, а затем к еще одной потайной лестнице, поднявшись по которой они оказались на пыльном чердаке, среди темных сундуков и огромных полотен с пейзажами городов, среди которых особенно выделялись картины Петербурга, в его очень и очень молодом виде.
Было слышно, как преследователи бродят по усадьбе, они старались быть скрытными и бесшумными, но скрип деревянных досок постоянно выдавал их присутствие. Иногда они отдалялись и в один из таких моментов Пропажа все же спросил у девушки в белом платье:
— Кто ты?
— Я Полина Вернатти, —грациозно и чуть надменно ответила девушка. По внешнему виду она не была такой уж безусловной красавицей, скорее ее можно было назвать довольно невзрачной. Чуть выделялись ее темные распущенные волосы и пугающая бледность аккуратного личика.
— Меня Феодором зовут, —протянул ей руку Пропажа, а она словно дворянка подала свою нежную ручку под поцелуй. Детектив немного смутился но все же поцеловал руку сей странной девице, а затем переспросил: —Я все же имел ввиду, не просто, как твое имя, а что ты здесь делаешь?
— Тебе не о моем присутствие надо думать, а о них, —сказала Полина кивнув головой в сторону плотной деревянной стенки, оттуда послышался скрип, а потом шаги сверху. Похоже один из преследователей забрался на крышу особняка графов Мальцевых.
Когда шаги прекратились девица открыла один из сундуков, что был не заперт на ключ и достав из него золотую чашу, какие-то травы и сосуд с мутноватым содержимым, начала замешивать какое-то снадобье. Пропажа снова спросил:
— Что ты делаешь?
— Зелье…
— Для чего?
— Потому что простым Marschroute нам от них не уйти.
— Что ты имеешь ввиду? —удивился Пропажа. После чего снова послышался скрип, на сей раз снизу. Переждав его, детектив все же решил задать другой вопрос: —Кто они такие?
— Тебе лучше знать, —тихо ответила Полина.
— А что такого в этой усадьбе?
— Что такого в этой усадьбе? —вдруг сердито взглянула девица. — Это проклятый дом братьев Мальцевых.
— Кем они были?
— Злобными колдунами! —гневно посмотрела Полина и не переставая замешивать снадобье начала свой рассказ...
История братьев Мальцевых.
Должность, которую занимал Артамон Мальцев, для человека из старого боярского рода, указывала на то, что он оказался в весьма постыдном положение. Он отвечал за поддержание внутреннего убранства дворов, которые принадлежали купцам весьма среднего достатка. Артамон Мальцев сам был виновен в своем положение, ибо совершив несколько сомнительных сделок и задолжав многим купцам по всей Москве, попал в полную зависимость от Шакловитого, который и поставил его на такую презренную работу. В конце концов, с помощью своего младшего брата Леонтия, Артамон Мальцев смог связаться с приближенными людьми Царя Петра и предупредить того о возможности Стрелецкого бунта. Так его род рассчитался с долгами и снова приблизился к вершинам власти. Самому Артамону Мальцеву не удалось долго здравствовать в таком положение, он был уже не молод и заболел чахоткой, после чего скончался в течение года. Ему наследовали сыновья — Сергей и Алексей. Тогда они еще не вступили в свое совершеннолетие и находились под патронажем своего дядюшки— Леонтия.
