несметные сокровища Перу, следовательно надо было
грабить.
Это было очень легко. Индейцы ничего не подозре-
вали, и даже те из них, которые удалились в горы, оста-
вили в домах все свое имущество. Сбросив личину,
вежливые, добрые и щедрые белые люди принялись за
работу: с мечом в руке вбегали в хижины, пригоршнями
набирали золото, совали в карманы изумруды, убивали
сопротивляющихся. Через два -три часа все хижины были
пусты, а улицы и переулки завалены трупами. Зато зо-
лота навалили целую кучу, и рядом с ней набросали
изумрудов и других драгоценных камней, которых так
много было в этих местах.
После столь удачного дела солдаты отдыхали, разлег-
шись около сокровищ. Спорили, сколько весит золото,
высчитывали, сколько можно будет получить в Панаме
за изумруды.
- О каких изумрудах вы говорите? - спросил вдруг
подошедший священник.
Солдаты показали ему на кучу. Падре презрительно
рассмеялся.
- 3а эти изумруды вам не дадут ни гроша, - стал
объяснять он. - Это не изумруды, а простое стекло. Вы
можете в этом убедиться, если попробуете разбить их
молотком. От молотка изумруд не бьется, а стекло разле-
тается вдребезги.
Принесли молоток, стали пробовать. Зеленые камешки
разлетались на куски. Солдаты выругались и 'бросили
фальшивые драгоценности. А когда золото снесли на ко-
рабль и городишко опустел, падре Рехинальдо незаметно
пробрался к оставленной кучке и изумрудами набил себе
полные карманы. Он знал, что на них наживет себе в
Испании целое состояние.
На корабле золото свалили в одну груду. Согласно
обычаю конквистадоров, солдатам под страхом смерти за-
прещалось оставлять при себе хотя 6ы одну безделушку.
Вся добыча должна была поступить к губернатору, кото-
рый выделял из нее королевскую пятую часть, а осталь-
ное .распределял между солдатами и их начальниками
согласно чину и заслугам каждого. В городишке награ-
били на двадцать тысяч кастельяно (около трехсот тысяч
рублей). Этого было достаточно, чтобы вскружить голову
даже самым осторожным из панамских колонистов.
Все три корабля отправились за пополнениями в Па-
наму, а Пизарро продолжал двигаться вдоль по берегу.
Город Тумбес, так приветливо встретивший испанцев два
года назад, был уже недалеко, но Пизарро не решался
войти в него со столь незначительными силами и прика-
зал бросить якорь у острова Луна, находившегося в за-
ливе. Жители острова приняли испанцев радушно. Они
были лишь недавно покорены перуанцами и надеялись,
что могущественные белые люди помогут им сбросить
иго завоевателей. Мирные отношения продолжались, од-
нако, недолго. Вскоре из Тумбеса приехала, делегация,
сумевшая убедить испанцев, что островитяне хотят за
манить пришельцев в ловушку и при первой возможности
истребить их Пизарро приказал арестовать нескольких
туземных вождей и выдал их делегации. Вожди были
немедленно убиты.
Это вероломство привело островитян в ярость. Торя-
уд пришлось выдержать долгое сражение с тысячными
полчищами туземцев, и, хотя индейцы были разбиты и
отряд потерял всего двух человек, оставаться на острове
было опасно. Как раз в это время из Панамы прибыло
подкрепление, и Пизарро приказал немедленно высадить-
яс на материки итти в Тумбес.
О высадке испанцев сейчас же узнали в городе. Вести
этой никто не обрадовался: слухи о том, как вели себя
белые в провинции Коаке, успели донестись до Тумбеса,
и жители его прекрасно понимали теперь, чего им ждать
от чужеземцев. Забрав, что можно, они бежали в горы,
предварительно подпалив город со всех четырех концов.
Когда испанцы вошли в него, вместо многочисленных хи-
жин и обширных дворцов они нашли лишь дымящиеся
развалины. Только в центре города виднелось единствен-
ное уцелевшее здание - это был храм Солнца, который
беглецы не решились поджечь.
Во главе небольшого отряда, огибая разрушенные до-
ма и шагая через обугленные бревна, преграждавшие
путь, Пизарро направился к храму. Посредине площади
на возвышении стояла высокая одноэтажная каменная
постройка, сложенная из огромных тесаных камней, так
плотно прилаженных один к другому, что пазы были
почти незаметны. Над входом красовалась большая ка -
менная плита, покрытая причудливой резьбой. Храм не
пострадал от пожара. Уцелела даже тростниковая вы-
крашенная в яркий красный цвет крыша - ее спасли,
должно быть, безветреная погода и широкий пустырь,
отделявший святилище от окружающих зданий. Кругом.
было пусто и тихо. Слышались только пронзительные
крики ласточек, носившихся над пожарищем, да потре-
скивание догоравших где-то бревен.
Пизарро вошел внутрь и остановился, пристально
вглядываясь в полумрак. В самом конце храма, у восточ-
ной его стены, стоял небольшой каменный алтарь, посре-
ди которого высился золотой диск - изображение
солнца.
У алтаря неподвижно застыла на коленях сгорбленная
фигура в широком белом плаще. На шум шагов фигура
не обернулась. Что это? Человек? Статуя? Кукла?
Пизарро подошел к алтарю и сорвал с фигуры плащ.
Под плащом оказался старый человек с редкими клоками
белых волос на темени и подбородке и рядом с ним де-
вочка лет двенадцати с испуганным, но миловидным ли-
