«Столкновение с отрядом Евпатия Коловрата подтверждает нашу оценку численности монгольского войска. В дружине Евпатия имелось около двух тысяч воинов Если бы в рядах монголов действительно насчитывались сотни тысяч человек, то никаким героизмом Коловрат не смог бы задержать движение монгольской армии. Скорее всего, его отряд просто не был бы замечен. Но у Батыя наверняка имелось не более половины монгольских сил, то есть 15–20 тысяч воинов, и потому нападение Коловрата на монгольский тыл оказалось столь чувствительным»[100].
Великий князь Владимирский Юрий Всеволодович, считавшийся самым сильным и самым влиятельным из русских князей, собирал свои дружины под крепостью Коломной для отпора иноземным захватчикам. Коломна была выбрана неспроста. Эта крепость в XIII в. была стратегически важной точкой, расположенной на пересечении главных коммуникаций. Под великокняжеские хоругви собрались уцелевшие дружинники Романа Ингваревича и ратники Всеволода, старшего сына Юрия. Кроме них, свои дружины на помощь великому князю Юрию Всеволодовичу прислали Москва, Пронск и другие города[101]. Воевода Еремей Глебович получил верховенство над объединёнными силами владимирского княжества. Как свидетельствуют русские летописи, великий князь сумел собрать довольно значительные силы. Однако сам Юрий Всеволодович, согласно характеристике Л. Н. Гумилёва, был «недалёким политиком и скверным полководцем».
Примерно 10 января монгольские войска подошли к крепости Коломна с юга, со стороны Оки. Внезапной кавалерийской атакой началась одна из самых значительных битв кампании 1237–1238 гг. Упорное сражение закончилось полным разгромом русской рати. Согласно летописцу, в этой ожесточенной битве «кровь лилась рекой»[102]. Были убиты Роман Ингваревич и владимирский воевода Еремей Глебович. Только князь Всеволод Юрьевич с малой дружиной сумел спастись и пробраться к Владимиру. С другой стороны, гибель пятого сына Чингис-хана — молодого, горячего Хулгэна, пылко мечтавшего о славе отца, стала для чингисидов, для всех монголов невосполнимой потерей. Заметим, что Хулгэн был единственным чингисидом, представителем Золотого рода, который погиб во время монгольских завоеваний, продолжавшихся без малого почти целый век.
В битве при Коломне объединённая рать одного из самых могущественных государств Руси — великого княжества Владимирского — померилась силою с монгольской конницей и была наголову разбиты. Поражение великокняжеской рати объяснялось и объясняется подавляющей численностью монгольского войска. В. В. Каргалов писал:
«Летописцы не называют общую численность войска русских феодальных княжеств накануне нашествия Батыя, однако примерно определить, сколько воинов могла выставить Русь в период опасности, всё-таки можно По сообщениям летописцев, князь Андрей Боголюбский собирал с Северной Руси (области: Новгородская. Ростовская с Белоозером, Муромская и Рязанская) до 50 тыс. воинов. Примерно столько же могла выставить и Южная Русь. ‹…› Но не только и даже не столько недостаточная численность русских войск предопределила поражение в войне с монголо-татарскими завоевателями. Основной причиной, обусловившей военную слабость Руси, была феодальная раздробленность»[103].
Эта тенденция, прочно овладевшая умами историографов, не только не изжила себя, но и перекочевала в труды маститых западных исследователей. В частности, Дж. Дж. Саундерс отмечает: «Русь, разделённая на десятки самостоятельных княжеств, враждовавших между собой, не имела единства и тем самым распыляла свои силы»[104], что и стало, в конечном итоге, причиной поражения её вооружённых сил. В том же духе отзывается немецкий историк Р. Нойман-Ходиц: