Саша объяснил, какой кусок информации поступает в мое распоряжение, и они ушли, оставив меня наедине с законами, кодексами и актами, в которых я ни черта не понимал, потому мог только механически переписывать текст из книг и распечаток, создавая презентацию на компьютере.
По правде говоря, я думал, что будет хуже. Думал, не приживусь в этой чужой школе среди совершенно незнакомых людей, ставящих себя выше остальных, выше обычных учеников, которые ходят в обычные школы, как и я раньше. Что сказать… отношение ко мне действительно было ожидаемым. Никто не носил меня на руках и не считал идеалом – да такого не было и раньше, хотя обычно я привык быть более-менее в центре внимания. Еще с девятого класса так повелось, что если я хотел прогулять какие-то уроки, большинство тянулось за мной и мы уходили все вместе. Первым начинал творить какие-то глупости, кидаться мелом в девчонок, например, или обстреливать снежками окна второго этажа, где находилась учительская.
Здесь же другие развлечения, в которых я не то, что не руковожу – вообще не участвую. Временами они собираются играть в покер, закрываясь в чьей-то комнате большой компанией. Не знаю, что там стоит на кону, меня туда даже в качестве зрителя никто не звал, хотя Саша посещал эти мероприятия с завидной регулярностью. Иногда, по пятницам, они ходили в кино, без разницы, на какой фильм, потому что все равно не смотрели, а только смеялись и обсуждали, мешая всем остальным. Ну и очень часто просто устраивали попойку, принося из магазина разнообразный алкоголь – большинство уже выглядело гораздо старше своего возраста, потому все это продавалось без проблем.
Пожалуй, полгода назад я тоже отдал бы должное этим развлечениям, но сейчас меня больше устраивал просмотр сериалов за ноутбуком. И учеба, заваливали тут по макушку, боюсь даже узнавать, как справляются остальные при их образе жизни. Двоечников почти не было.
Дверная ручка резко дернулась, и с той стороны послышался мат, дверь ведь не открылась. Я, наученный опытом, теперь все всегда закрывал на замок, и не зря – ломились явно не вернувшиеся Саши, слишком мало времени, да и они знали о моей привычке, нося с собой ключи.
- Са-а-аш! – позвали оттуда, и я беззвучно чертыхнулся, ну неужели неясно, что раз закрыто, значит, никого нет дома?
Я не ответил, прикрыв глаза и на время перестав набирать текст, чтобы не было слышно даже стука клавиш. За дверью постояли еще немного, я будто подсознательно чувствовал чужое присутствие, а потом раздались удаляющиеся шаги, и я облегченно выдохнул: можно спокойно продолжать.
К возвращению ребят я закончил только половину, слишком плохим было настроение, как и всегда в последнее время, но хоть что-то сделал, сейчас поем и продолжу - по крайней мере, так я думал, пока парни не зашли в комнату.
- Глянь, что это, - Саня помотал перед моим носом какой-то бумажкой. – Прилепили нам на дверь. И что хотели сказать – непонятно.
Безразлично взяв листочек, я замер, глядя на выведенные от руки буквы. «Мы всё знаем». И ничего больше, только три слова и полоска скотча, на которую листик и был прикреплен. Похолодев, я старался никак не выдавать своих чувств, отдал бумажку обратно и с трудом пожал плечами – тело будто в миг закостенело, не желая шевелиться.
- Хм… - выдавил я из себя, утыкаясь в монитор и делая вид, что дописываю предложение.
- Вот именно, - кажется, моего состояния они все же не заметили, разбираясь с пакетами, нагруженными покупками. – Спасибо хоть не маркером на двери, а то пришлось бы отмывать. И что они знают? Сань?
- Спроси у них, - отмахнулся сосед, падая на свою кровать и вгрызаясь в яблоко.
- Да у кого бы? - фыркнул Саша. – Ваня, как там?
- Ща, - я мотнул головой, показывая, что очень занят, а сам же тяжело нажимал пальцами на клавиши. Мысли не покидала эта фраза – «Мы все знаем». Судя по реакции Саш – о них знать было просто нечего, иначе настолько спокойными они бы не выглядели. Значит, это точно обо мне. Но откуда, откуда они могли узнать?! Кто им сказал, как?..
Я был достаточно осторожным в разговорах, чаще молчал, чем отвечал на вопросы. Никого не добавлял в друзья в социальных сетях, да и вообще почти не заходил туда, нечего мне там делать. Я закрылся со всех сторон, но они все равно знают.
Зажмурившись, я потер глаза, а потом поднялся и вышел в коридор, как сомнамбула дошел до туалета, уставился на себя в зеркало. Так и есть – взгляд потерянный, сам бледнее обычного, надо срочно привести себя в порядок. Они знают – это плохо, но не смертельно. Я же не сделал ничего ужасного, я ни в чем не виноват. От косых взглядов и разговоров это, конечно же, не спасет, но… Что – но? Кажется, мне снова пора менять школу. А может, уже страну?
***
