— Но, Лаура, кто тебя оскорблял? Ты какая-то странная в этом году. Все время что-то пишешь, витаешь в облаках. Ты не влюбилась ли, случаем? Карло, тебе как кажется? А тебе, Франческо?
— Ну конечно, Лаура безумно влюблена… Разве вы не знаете — мы только что обручились?
— Франческо, все бы тебе шутки шутить… Ладно, расскажи о чем-нибудь другом.
Вы зря меня спросили, я в глубокой депрессии из-за нового тысячелетия. Мне осточертела работа главного редактора мужского журнала, меня тошнит от последних тенденций, с каждой новой молодежной дискотекой я чувствую себя все более старым. И я начинаю уставать от Эст-рема Оази и его пафосных обитателей: позавчера я видел Синибальди. Он гулял с сигарой во рту. Представьте себе аскетическую рубашку на потном теле и скучающее лицо гуру, который с трудом переносит блага цивилизации. Ему можно только посочувствовать… Знаете, кончится тем, что я пойду просить политического убежища у дона Джузеппе: тарелка супа по здешним ценам — дело нешуточное.
— Ты смеешься, а на самом деле это самое лучшее, что мы можем сделать: бросить бесполезную, давно надоевшую работу. Вокруг одни завистники и притворщики, как можно работать с такими людьми?
— А я не завистница и не притворщица и считаю, что у нас самая лучшая в мире работа. Все зависит от того, как ты ее делаешь…
— Ты что, знаешь хоть одного журналиста, который хорошо делает свое дело? Свободного, смелого, независимого? Не пресмыкающегося перед начальством, не продажного и не алчного?
Молодец, Франческо, покажи ей, дуре… Яне хочу быть занудой и спорить с коллегой… И потом, было бы с кем! Питалуга — вечная неудачница, на нее просто смешно смотреть.
— Я думаю, что мы уже в том возрасте, когда бесполезно винить других в собственных неудачах и пора посмотреть правде в лицо… Мне безумно хочется сменить дом, привычки, работу и посвятить себя чему-то полезному, сделать что-то реальное в этой жизни…
— Что? Бегать каждый день?
Да заткнется она наконец, эта дура? Господи, как же она меня бесит!
— Это я и так делаю.
— И результат налицо! Фигура модели! Лаура, выходи за меня замуж, я не такая уж плохая партия… Топо подружится с Амвросием, им вдвоем будет гораздо веселей. У меня дома есть потрясающая терраса. Если хочешь, переедем сюда. Да хоть в общежитие к дону Джузеппе!
— Не хочу тебя разочаровывать, Франческо, но я не представляю себе Лауру у плиты. Не тот у нее имидж.
— Молодец, Мария-Роза. А мне кажется, что ты слишком любишь свою работу и уверена в своей жизненной позиции, о которой все время рассказываешь, хотя сегодня, следуя моде, изображаешь из себя женщину в кризисе.
— Прости, что ты знаешь о моем кризисе? Какое твое дело? Мы только что познакомились, в школе мы учились в разных классах, на разных этажах, прошлым летом я сдуру поздоровалась с тобой и познакомила тебя со своей подругой. И с тех пор ты вечно вертишься под ногами, споришь и возражаешь мне, пользуясь второсортными остротами.
— Лаура, успокойся…
— Мне надоело слушать твою болтовню, со мной ты язвишь, а другим льстишь и извиваешься, как червяк… Что я тебе сделала? Скажи, в чем проблема?
— У меня нет слов, ты немного не в себе…
— Лаура, бог с ним, ничего не случилось, небольшая разница во взглядах и все…
— Эта ссора просто смешна, бывает, вляпаешься в какую-то идиотскую дискуссию, до которой тебе нет никакого дела…
— Бросьте, давайте закажем еще бутылку и выпьем…
— Я ничего не прошу, я просто уйду, вот и все… Франческо, ты проводишь меня?
— Лаура, перестань, ты слишком красива, когда злишься! Когда ты заливаешься краской, это так сексуально…
— Если ты меня не провожаешь, я вызову такси, а если не найду такси, пойду пешком… За этим столом я не останусь ни минуты. Карло, Мария-Роза, Джакопо, извините меня. Ну что, Франческо, ты решил?
— Как скажешь. Я поймаю такси и провожу тебя… Счастливо оставаться!
