– Какой-то он уж слишком разгоряченный. Спорим на десять шиллингов, что не лимонад он пьет?
– Хорошо-хорошо, дядюшка Шон, давайте не будем спорить. Было бы совершенно неуместно ходить по залу и нюхать лимонады гостей. Разве не чудесный праздник получился? Разве вы не в восторге?
– Конечно в восторге, деточка. А если ты переедешь сюда и выйдешь замуж за ирландца, то я устрою тебе такую же свадьбу. Только шерри заказывать точно не станем.
– Ой, как мило с вашей стороны! Уверена, вы сдержите обещание, но я, пожалуй, отклоню ваше предложение. Лучше начинайте копить на свадьбу Ниам.
– Да кто на ней женится? Это же кошмар, а не девчонка!
– Про Эшлинг вы говорили то же самое, а посмотрите на нее теперь.
– Элизабет, у мужиков ума совсем нет. Я часто благодарю Господа за то, что Он помог мне сделать разумный выбор в молодости. Мне невероятно повезло заполучить в жены такую прекрасную женщину, как твоя тетушка.
Элизабет вместе с ним подошла к тетушке Эйлин, которая уже давно пыталась привлечь их внимание, делая гримасы.
– Полагаю, пора перейти в столовую. Шон, давай, наверное, приглашать всех. Этель Мюррей уже три раза на часы посмотрела.
– Не вздумайте делать что-то ради удовольствия Этель Мюррей! – с неожиданной злостью заявила Элизабет. – Тетушка Эйлин, да вы стоите двадцати таких, как она, даже ста двадцати! Зовите гостей в столовую тогда, когда сами будете готовы, и ни минутой раньше!
Именные таблички проверила и перепроверила лично миссис Мюррей еще утром. Потребовалось немало усилий, чтобы составить план рассадки гостей за столом. Миссис Мюррей желала знать, кто такие Хейли и можно ли посадить их рядом с отцом Риорданом. В конце концов план утвердили. Мольбы дядюшки Шона, который утверждал, что не в состоянии разговаривать с миссис Мюррей на протяжении всей трапезы, во внимание приняты не были, как и просьба Джоанни посадить ее в дальний конец стола, где не придется ни с кем общаться.
На столах уже стояли стеклянные вазочки с грейпфрутами, украшенными сверху половинкой вишенки, а также кувшины с молоком и сахарницы. Возле каждой тарелки поставили по два бокала и чайную чашку. Семейство Мюррей внесло свой вклад в виде дюжины бутылок шампанского, предназначенного для тостов.
Свадебный торт водрузили на столик сбоку, и тут тоже не обошлось без горячих споров. Миссис Мюррей считала, что торт должен быть на главном столе. Эшлинг заявила, что тогда жених с невестой не смогут видеть гостей. Морин напомнила, что, согласно традиции, торт нужно поставить на стол, а тетушка Эйлин сказала, что даже если Эшлинг захочет держать его на заднем дворе, то у нее возражений нет. Мисс Доннелли из гостиницы предложила поставить отдельный столик, который можно будет перенести целиком для церемонии разрезания, чтобы исключить вероятность повреждения торта.
Гости перетекали в столовую неуверенными ручейками. Кто-то восхищался обстановкой, другие молча искали свои имена на табличках. Те, кто нашел себя, тут же смотрели, кто сидит справа и слева.
– Похоже, здесь посадили двух женщин рядом, – неодобрительно произнесла миссис Хейли, обнаружив, что ее соседкой будет тетя Брендана Дейли.
– Среди гостей больше дам, чем джентльменов, – прошипела мисс Доннелли, недовольная тем, что жалобы начались еще до того, как гости успели занять свои места.
По мере наполнения столовой людьми разговоры стихали, пока не настала полная тишина, почти как в церкви. Элизабет надеялась оказаться между Доналом и Имоном. Она знала, что ни один из них не жаждет общаться с дядюшками или священниками, да и сама чувствовала себя несколько неловко. Однако бесконечные торги привели к тому, что с одной стороны сидел Шей Фергюсон, а с другой – отец Риордан. Половина гостей уже заняли свои места, а некоторые, вроде Хейли, даже начали есть хлеб с маслом, когда послышался громкий кашель.
Отец Махони, пожилой приходской священник, проводивший венчание Тони и Эшлинг, прочистил горло.
– Надеюсь, вы все уже нашли свои места, – сказал он, неодобрительно глядя поверх очков на тех, кто осмелился сесть. – И пришло время помолиться.
Несчастные покраснели, зашаркали стульями, и торопливо.
– Благослови, Господи, нас и эти Твои дары, которые по Твоей щедрости вкушать будем…
– Аминь, – сказали все, решительно благословляя себя.
Это был сигнал к началу разговоров, а также еды. Начали резать грейпфруты, просили передать сахар. Постепенно гул разговоров становился все громче. Эшлинг великолепно выглядит, прямо как достопочтенные леди на фотографиях в дублинских газетах. И как же ей повезло отхватить столь завидного жениха! До Элизабет также доносились рассуждения о том, как странно, что Эшлинг так повезло с замужеством, тогда как Морин, имея лучшее образование, вышла замуж всего лишь за бедолагу Дейли. Элизабет надеялась, что говорящие сменят тему или понизят голос до того, как Морин их ненароком услышит.
Шей Фергюсон болтал без умолку, поворачивая голову туда-сюда – к Элизабет направо и к Джоанни Мюррей налево.
– Вот уж мне повезло сидеть между двумя старыми девами нашего прихода, а? – захохотал он.
