Пенни вернулась в поле зрения. Взяла Кина за голову. Он знал это, хотя не чувствовал прикосновения холодных ладоней.
– Так, не знаю, слышишь ты или нет, но я должна кое-что сделать, и пропади они пропадом, эти Маркусовы правила, – сказала она хладнокровно и решительно, хотя несколько дней назад в подобной ситуации растерялась бы, а то и впала в истерику. – И твои правила тоже. Сейчас я…
Она осеклась и взглянула за спину.
– Эй! Сюда! – эхом разнесся по склонам и ущельям ее пронзительный крик. – На помощь! Помогите!
Пенни напряженно застыла, глядя куда-то вдаль.
– Или мерещится?.. Помогите! Я здесь!
– Кин Стюарт! – крикнули в ответ.
Тот же голос, что Кин слышал перед прыжком в прошлое.
– Мне нужен Кин Стюарт!
– Он тут! – дрожащим голосом отозвалась Пенни и запрыгала на месте, размахивая руками. – Он тут, и ему нужна помощь! Быстрее!
Кин хотел было возразить, велеть Пенни, чтобы помалкивала, избегая очевидной ловушки бюро, – кто еще знает, что он здесь и сейчас? – но безмолвный вопль не покинул пределов черепной коробки.
Шаги в кустах, сначала почти неслышные, затем полноценное «топ-топ-топ» под хруст веток в сопровождении клубов пыли.
Мужчина присел рядом. Кин не видел его лица.
– Я врач. Мне велели найти здесь человека по имени Кин Стюарт.
– Велели? Кто? Вас прислал Маркус?
– Маркус? Не знаю никакого Маркуса.
Слова срывались с его уст с головокружительной скоростью, но в рюкзаке он шерудил даже быстрее.
В руке, направленной на Кина, пиликнул какой-то приборчик.
– Отек мозга. Дыхание и кровообращение практически отсутствуют. Определяются только сканером. Вряд ли он нас видит.
Мужчина поднес руку к глазам Кина и пощелкал пальцами.
– Рефлекторных движений нет. Так, давай прогноз.
Приборчик снова пиликнул, и человек сосредоточенно изучил возникший перед ним голографический текст.
– Хорошо, понял. Еще кое-что. Мы справимся. Стабилизатор.
Из рюкзака появились новые предметы, и весь мир содрогнулся, когда игла ужалила Кина в шею. Он услышал шипение.
– Восемь… Девять… Десять. Отлично. Теперь вот это.
Снова шипение, и несколькими секундами позже Кина настигла знакомая пульсация в висках.
Эта боль обрадовала его больше всего на свете.
Вскоре пальцы начало покалывать, но Кин лежал смирно. Он чувствовал – чувствовал! – в груди тяжелый груз, напряжение, превратившее всю опорно-двигательную систему в стиснутый кулак.
– Пен…ни… – выдавил он, не понимая, слышат его или нет.
Мужчина перекатил его на спину – взгляду Кина открылось звездное небо, – и снова взмахнул устройством, сине-желтые огоньки осветили ему лицо.
– Так-так, дыхание и кровообращение в норме, воспаление спадает… Почти закончили. Осталось снять отек мозга. Еще парочку…
Не договорив, он выудил из рюкзака устройство размером с ладонь, откуда выскочил короткий шнурок, и Кин почувствовал, как его тянут за руку. Мужчина прижал шнурок к его запястью, и тишину разорвал высокий звук, а за ним последовала острая колющая боль.
– Порядок, Кин. Держитесь. Пусть эта штука сделает свое дело.
За спиной у человека маячила Пенни. Она внимательно смотрела, как прибор, мигая огоньками, закачивает в организм Кина какое-то химическое соединение.
Кин понял, что снова видит яркие краски. Не то чтобы в последние минуты он не различал цвета, но теперь все выглядело ярче и живее. Подумалось, что, если засмотреться на звезды и фонари автолетов, они обожгут сетчатку.
Он остался лежать на спине. Дышал медленно, но ровно. Посмотрел на человека и наконец разглядел его лицо. Почему-то оно казалось знакомым. Мужчина был чуть старше Кина, лет шестидесяти или около того, с поправкой на метаболизаторы. Кин не сомневался, что, будь он в ясном сознании, в два счета смекнул бы, на кого смотрит.
Кто это? Медик из бюро? Значит, секрет раскрыт, и о несанкционированном путешествии узнали. Но если Кина приказано ликвидировать, зачем его вытащили с того света?
Разве что БТД заинтересовалось не Кином, а Пенни.
– Пенни…
Упираясь ладонями в холодную землю, он согнул руки в локтях. Мышцы шеи горели огнем. Когда Кин осматривался, оценивая угрозу, голова вращалась со скрипом, будто на ржавом шпинделе.
– Беги.
– Чего? – спросила Пенни и едва удержалась от взгляда вверх и в сторону. – Кин, не вставай. Тебе надо отдохнуть.
– Она права, – подтвердил мужчина и мягко надавил ему на плечи, но Кин сопротивлялся как мог; получалось не очень. – Полежите немного. Боль и тугоподвижность пройдут через десять-пятнадцать минут.
– Нет, – процедил Кин сквозь сжатые зубы. – Пенни, беги.
Он оттолкнул незнакомца. Казалось, мышцы плеч лопнули, и по рукам от кожи до самых костей расплескался жгучий жар.
– Беги, – с трудом повторил Кин. – Этот человек собирается нас убить. Его прислало бюро.
Пенни разинула рот, а Кин, собравшись с последними силами, швырнул мужчину на землю и заломил ему руку.
Вернее сказать, попытался.
В реальности оба грохнулись оземь, и Кин кое-как схватил человека за запястье.
– Я не причиню вам вреда, – пробормотал тот, лежа лицом в пыли.
– Чушь собачья. Пенни, убегай.
Но вместо этого Пенни осторожно приблизилась.
