– Сиди тихо, – вдруг медленно и внятно выговорил «Юра», отрывая руку Аньки от своего плеча. – Ты мне мешаешь.
Анька от неожиданности замолчала и как-то сразу сдулась, будто была резиновой куклой и кто-то проколол в ней дырочку острой иглой. Колдует! Он колдует! Ей сразу полегчало…
– Прижмись к стене. Закрой глаза! – Охотник был по-прежнему бесстрастен и холоден, будто ничего вокруг не происходило и они сидели не за мусорными бачками, как загнанные охотниками звери, а на берегу реки, наблюдая за тем, как солнце садится в морскую гладь.
Колдовство не терпит суеты, это первое, чему учат боевых магов. Стоит занервничать, сорваться, и ты можешь не только испортить заклинание, но и потерять саму жизнь. Потерять не по вине врага, а из-за того, что неверно направленное заклинание ударит в самого нерадивого мага. Сосредоточение – вот залог успеха на поле битвы!
– Лежи здесь, не двигайся. Я за тобой приду! – Охотник не услышал, что сказала Анька, да и не хотел слышать. Что бы она ни сказала – это все равно ничего не изменит.
Он тихо выбрался из-за баков, на четвереньках, как настоящий зверь. Охотник знал, где засел противник, обшарив все вокруг сотнями тысяч невидимых силовых нитей-щупалец, он установил местонахождение каждого из тех, кто пытался его убить. И теперь, когда Анька была в относительной безопасности, у него развязаны руки. Она его тормозила, висела, как гиря на ногах. Гирю надо было сбросить. Не насовсем, нет, но хотя бы на время. Время, достаточное для того, чтобы попытаться выжить.
– Он в этом районе, точно. Возмущения магического поля шли отсюда. И тут сожженный ломбард. Похоже, что он решил поправить финансовое положение.
– Поправить, поправить! Ломбард грабанул он! – Мужчина поджал губы, помолчал секунду. – И охранника убил.
– Кураторам это все очень не понравится. Очень.
– Капитан Очевидность, да? Молчи уж. Вы упустили его! Я вообще не понимаю – как можно было признать человека мертвым, когда он жив?! Что у нас за эксперты такие?!
– Это не простой человек, вы же знаете! А почему вы отдали приказ не соваться? Потом нам же и предъявите, что мы ничего не смогли сделать! Упустили!
– Ваша задача совсем иная! И не вам говорить МНЕ, что нужно делать! И лишние вопросы задаете! Вы должны обеспечить контроль за передвижением Других! Выйти на их центр! На вождя этой шайки! На Магистра! А вы привязались к этому парню! Повторюсь, это не та задача, которую должны выполнять! Вы поняли меня?! Не слышу! Вы поняли?!
– Поняли, – голоса были скучными, ни капли радости или хотя бы одобрения.
Ну и черт с ними! Подчиненные не должны радоваться приказам – это был бы нонсенс. Подчиненный всегда должен находиться в состоянии некоторого напряжения и неудобства. Как говорят в армии: «Чтобы служба медом не казалась!» И это правильно. Для всех. Новобранцы это, глупые и прыщавые, или маги, которым не одна сотня лет.
Прожитые века еще не означают, что проживший их мудр и всезнающ. И тем более что он нравственен и не способен на плохие поступки. Частенько – совсем наоборот. Например, эта клюшка, которая некогда продавала яд замужним шлюшкам, изводившим своих опостылевших мужей, очень любит разнообразные виды секса, меняя партнеров, как кружевные трусы.
Этот вот, с влажными темными глазами оленя, соблазняет девушек с помощью внушения – и считает, чертов осел, что начальник ничего не знает! И что кураторы ничего не знают! А может, ему просто плевать.
И начни копаться в жизни каждого из тех, кто сидит сейчас в кабинете – столько накопаешь, что хватит на тысячу лет тюремного срока и на десяток казней! Пока держишь за горло этих людей, пока они знают, что кара настигнет их в любом конце Земли – будут работать на совесть, отрабатывая и жалованье, и доверие, а доверие – это когда те, кому положено знать, закрывают глаза на мелкие шалости полезных мутантов. Даже если мутанты иногда творят такое, что уголовный кодекс оценивает не иначе как «особо тяжкое преступление».
Впрочем, так даже выгоднее, стоит им сделать шаг в сторону, провиниться по службе, стать нелояльными – и последует неотвратимая кара. И они это знают. И пока знают – подчиняются своему господину, своему начальнику. А он подчиняется кураторам. И так было и будет всегда. Никому не подчиняется лишь Создатель. Наверное…
– Весь личный состав – на выезд. Взять заряженные боевые амулеты, лекарям готовиться к работе. Сегодня по всем установленным адресам будут отправлены… уже отправляются – группы захвата. Ваша задача – следить за тем, как проходит операция по задержанию Лекаря и нейтрализации боевых групп Других. Будет жарко. Очень жарко. Вы мне дороги, потому не суйтесь, пусть спецназ с ними разберется. Следите за передвижением Лекаря. Выскользнет – его счастье. Нет… значит, так тому и быть.
В комнате вздохнули, зашептались. Хозяин кабинета осмотрел присутствующих, останавливаясь на лице каждого из них на секунду, будто запоминал, потом сделал жест рукой и приказал:
– По машинам. Готовность десять минут. Вперед!
