— Марки я не успел посмотреть, мы целовались, — сознался Бейбут. — А домой шёл за магнитолой.
— Не теряйся со Светой. Очёчки снять, так не хуже Карлыгаш будет, — советую я.
В понедельник я познакомился с мировой теткой Ириной Леонидовной и за семь рублей мне разрешили брать ключи от зала.
— Хоть каждый день ходите, на вахте я команду дала, вас пустят, — сказала эта милая стокилограммовая женщина.
Пашка нашёл ещё троих желающих, и я остановил набор в группу. Надо глянуть, что из этих оболтусов выйдет.
Учёба набирала обороты, весь конец месяца я старался себя хорошо зарекомендовать. Делал домашки, готовился к уроку, читая будущие темы занятий. Опытный я знаю, сначала ты работаешь на зачётку, а потом она на тебя.
В субботу двадцать девятого приезжает Платоныч с Оксаной. Рыбалка уже намечена на воскресенье, вахтёр Сан Саныч обещал как земляку по дружбе. Еду к ним в гостиницу, попутно заскочив в «Ниву» за булочками и пирожными. Девочки любят сладкое.
Платоныча встречаю в холле гостиницы.
— Договорился я насчёт рыбалки со знающим человеком, — после приветствий радую старого знакомого я. — Завтра рано утром выезд.
— А кто проводник? Откуда едем и на чём? Спиннинг у меня с собой, импортный! — задаёт кучу вопросов Платоныч.
Я перенаправлю их Сан Санычу, он сегодня на вахте дежурит и уже приехал на своём «Москвиче» на работу. Платоныч резко засобирался знакомиться с вахтёром, выяснив как добраться до нашей общаги, а я иду к Оксане.
— Ты откуда? Да погоди ты! Соседка вернётся скоро! Ещё! — это были все внятные слова Оксаны на протяжении получаса.
А ведь сентябрь лучше, чем август, пришла мне в голову ленивая мысль, когда мы уже отдыхали друг от друга.
— Вижу, скучал. Что, девочки ваши не хотят с тобой дружить? — подначивает меня довольная Оксанка. — А что за рыбалка завтра у нас будет? Платоныч мне все уши прожужжал.
— Рыбалка? Ты тоже хочешь поехать? — удивился я. — Да оно тебе надо? Так что ли не найдём чем заняться?
— Надо, во-первых, мне сходить на рынок он поручил, купить мяса для шашлыков, во-вторых, отношения хорошие с ним нужны. Маринка влезла в неприятности, и его по касательной зацепило, он на неё, понятно, злой, а я прицепом ни за что пострадала, — поясняет расклад любовница. — Ну, и, в-третьих, отношения с соседкой по комнате не складываются. Пока она одна жила повадилась мужиков из ресторана в комнату водить! Что? Да не смейся! Ты мальчик!
— Ага, как в том анекдоте.
У грузина спрашивают:
— Ты мужчина или мальчик?
Он:
— А как узнать?
Если спал с женщиной — то мужчина, если нет — то мальчик.
— Тогда — мальчик! Разве с ними уснёшь!
Оксанка смеётся и ищет чего бы надеть в поход на рынок.
— А что там с Маринкой? — якобы без интереса спрашиваю я.
— Отдала письмо таможеннику и через пять минут её увели, встретились только в Москве, — коротко поясняет Оксана.
— Хотела попросить убежище, скорее всего, вот дурёха, это же Индия, вот и выдали её обратно, — убеждённо говорю я, следя за реакцией женщины точно знавшей, за что задержали подругу.
— Вполне может быть, я не знаю, — закругляет разговор Оксана.
Она, наверняка, подписку дала, а своё письмо выкинула, иначе не пустили бы её в развивающуюся страну.
Идём на рынок, я и сам там давно не был. Оксана взяла два килограмма свинины, нам его ещё и порезали. Можно было даже маринованное мясо купить, но Платоныч сам любит мариновать.
Оксанка купила кедровых орешков нового урожая не меньше чем мяса, и шишек ещё отдельно варёных и обычных. Они для неё в диковинку. Взяла и варенье сибирское из голубики, черники, костяники, черемухи. Я и сам не удержался и купил по пол-литра эти четыре сорта. Короче, в гостиницу вернулись нагруженные. Там я познакомился с женщиной лет тридцати, соседкой Оксаны.
— Мама твоя? — кивнула на вышедшую из комнаты Оксанку соседка.
Точно придётся ехать завтра на рыбалку, злая какая соседка, но красивая. Я мужиков понимаю ресторанных. Да и её тоже, тут в гостинице много с севера живёт народа денежного.
Вернулся довольный до ушей Платоныч, идём к нему в гости с мясом, пусть маринует. Он живет в одноместном номере с холодильником, разумеется «Бирюса» и телевизором, разумеется «Рассвет». Всё — продукция местной красноярской промышленности. Суки страшные — такие заводы развалили! Первый раз захотелось убить Горбачева и спасти СССР. Хотя завод «Бирюса» точно работал, я сам незадолго до попаданства покупал ихний шкаф для хранения икры!
— Вот такой мужик Саныч ваш! — Платоныч поднял вверх большой палец, отвлекая меня от кровожадных мыслей. — Звал и тебя на рыбалку! Говорит, мы ростовские рыбаки любого переплюнем.
— А как к нам добираться будете? Сан Саныч подменится в шесть утра, и сразу поедет, а в это время автобусы вряд ли ходят до нас, — спросил я. — Такси, наверное, можно вызвать.
— Решил я с ним этот вопрос, заедет он за нами. Да и нечего там рано делать. Хариус по осени к обеду просыпается, — показывает недюжинные знания рыбака Платоныч. — Да! Я же тебе пепси-колы привёз, как обещал! Платоныч слово держит! Сам-то я больше по водке, кстати, надо взять пару бутылок в поездку.
