Дверь режиссёрской кабины была полуоткрыта. Она, улыбаясь и переговариваясь с ассистентом, укладывала сумку-портфель. Он видел её вполоборота. Она стала взрослой обаятельной женщиной, и осталась узнаваемо безупречно-красивой. Ей шли светло-синий брючный костюм с голубой рубашкой и крупные локоны. Сейчас она повернёт голову, и он скажет...
- Здравствуй, Алиса!
Она ещё улыбалась, но смотрела удивлённо и даже чуть ошарашено. Он понял, что, не контролируя себя, произнёс фразу по-русски, и быстро исправился:
- I"m sorry, Mizz Galanova. You've staged a magnificent show.
Он передал ей букет, который скорее вручил, нежели она приняла. Глаза у неё были, в самом деле, большие.
- It's okay, Sir. Thank you for the praise. Are you from Russia?
Голос у неё был севший и чуть низковатый, возможно, из-за курения.
- I was born there, but I'm Canadian.
Он видел - эта привлекательная для мужчин женщина не умела жить с ними.
- Have... have we ever met before?
Ему она была знакома, но близка только та молодая женщина на солнечной скамейке в Черновцах.
- No, I don't think we've met.
- Maybe... - запнулась она.
- Excuse me, I've got to go. Have a nice evening.
Он вышел из кабины, ощущая спиной её взволнованный взгляд.
Он шёл по проходу, заполняющемуся публикой. Он ни о чем не жалел, он такой, какой есть. Спасибо за всё, что она ему дала.
Теперь бы стоять у служебного выхода. Он мог её добиться, но это было не для него.
Его ждал сын, ждали в Сибири, люди в его офисе, партнёры, контракты...
И Джина.
