Аннабелль раскрыла рот, чтобы оправдаться, но вовремя передумала. Ругаться можно будет до бесконечности – лучше молча согласиться, по крайней мере, пока бабушка рядом. Осмотрев все убранство стола: красные салфетки с золотистыми оленями, новые серебряные приборы, изящные хрустальные бокалы, Аннабелль сделала вывод – мама старалась сделать праздник. Только из элементарной жалости к матери, не стала пререкаться с отцом и лишь одарила его не очень дружелюбным взглядом.
— Эмметт, она взрослеет, учиться одеваться, сочетать вещи. Очень грубо с твоей стороны так комментировать, — вступилась бабушка за внучку, — Аннабелль, платье замечательное, а вот помада – лишняя.
— Бабушка, я не понимаю, мы на «Топ-модели по американски»? — отшутилась Аннабелль. — Можно я сама буду решать вопросы одежды?
Бабушка погладила Аннабелль по голове и улыбнулась.
— Научись отличать критику от советов.
Морган закатила глаза.
— Советы дают, если их просят давать, — ответила она.
— Довольно, — остановила дочь Лилиан, — вижу, у тебя снова проблемы с настроением. Сегодня Рождество. Побудь обычным ребёнком без проблем хотя бы один день.
Лилиан принялась накладывать еду по тарелкам, напевая весёлую рождественскую песню про звезды и желания. Кусок говядины, оказавшийся на тарелке у Аннабелль, не вызывал никакого желания его съесть. Она поковыряла его вилкой, буквально засунула в себя один маленький кусочек и торопливо запила шампанским, под отцовские причитания.
«Шампанское поможет выдержать эту тюрьму семейного режима», — подумала Аннабелль и пока родители начали беседу, принялась исследовать Инстаграм, спрятав телефон под скатерть. Сплетни из мира звёзд были куда интереснее, чем болтовня про разводы, работу и другие «взрослые» проблемы. Доминик выложил фотографию со старшими братьями – троица обнималась на фоне наряженной ели высотою до потолка. Судя по выражению лица Ника, он не очень-то был рад встрече. Лишний стресс и головная боль.
— Мама, что нового в Торонто? Как дела на работе? Расскажешь нам что-нибудь? Эмметт все мечтает работать там, думает как перебраться, — завела беседу Лилиан.
— В Торонто все спешат, ничего нового. В нашем туристическом агентстве сейчас такой спрос на туры в Европу, люди любят отмечать Рождество в Испании, Германии. Я подумала, вам тоже надо поехать куда-нибудь. Подлатать брак, так скажем, — по-доброму улыбнувшись, предложила Валери.
Эмметт откинулся на спинку стула, тяжело вздохнув.
— Нам бы не мешало перестать ругаться, мы до аэропорта не доедем – заживо сожрем друг друга. Сейчас переживаем не лучший период. У Белль трудный возраст, у нас – кризис в отношениях, — наполнив бокал, пожаловался мужчина.
Услышав своё имя, девушка подняла голову.
— Я крайняя? — поинтересовалась она.
— Угомонись, — сказал отец, — не встревай, когда взрослые говорят.
— А я не поняла, почему мне не выделили детский стул? Вот раньше хорошо было – вы меня отсаживали, сейчас бред полный. Посадили меня с собой и не дают слово вставить.
— Юная леди, я клянусь, у вас будут проблемы, — произнесла нервно Лилиан, — сейчас я прочитаю молитву и...
— И она пойдёт подышит воздухом, — продолжила за неё Валери.
— Да, именно это она и сделает.
Достав из-под стола потрёпанную книжку, Лилиан принялась читать священную молитву. Сложив ладони вместе, все четверо смиренно сидели за столом, благодаря Бога за еду, здоровье близких и просили благоприятного будущего. Аннабелль тоже кое-что попросила: спокойствия и любви. Может быть, не рядом с этими людьми. Где угодно. Где угодно лучше, чем дома. Как Лилиан обещала, Аннабелль вышла из стола, правда, в сопровождении бабушки. Накинув тёплые вещи, они стояли во внутреннем дворике, смотрели на снег и поначалу, Аннабелль молчала, слушая бессмысленную болтовню бабушки. Она присела на скамейку и зарылась в свою новую куртку.
— Аннабелль, понимаю, трудно сладить с чувствами. Родителям очень тяжело, они на грани развода и единственная поддержка сейчас – это мы с тобой, — сказала Валери, — попробуем помочь им. Постарайся унять гордыню.
Морган повернулась лицом.
— Пусть они перестанут меня критиковать. Аннабелль не так оделась, Аннабелль не так учится, Аннабелль не туда пошла. Все время я слышу только то, что я не подхожу под их стандарты, но это моя жизнь, разве нет?
— Твоя. Да, родители не всегда могут подобрать слова. Ты не держи на них зла, постарайся прислушаться. Это от любви. Мы волнуемся и пытаемся помочь.
— В помощь входит разрушение психики? Бабушка, они изменяют друг другу, а своё вот это...дерьмо, да, дерьмо, переносят на меня.
— Ох, милая! Будь сильная, потерпи, все это пройдёт, — прижала к себе девушку бабушка, — это пройдёт.
— Я скоро не выдержу. Что меня тут держит? Ничего. Хочется уехать куда-нибудь и не видеть их злые, постоянное кислые рожи, — холодно бросила Морган.
Бабушка удивлённо раскрыла рот.
— Так нельзя говорить про них, для тебя это самые близкие люди.
