Здравствуй, Аннабелль (СИ) полностью

Она так хотела верить Адаму. Так хотела верить в то, что его поступок – большая ошибка. Она так хотела перестать бояться завтрашнего дня, но ни одной предпосылки не оказалось. Адам предал ее. А в «Божественной комедии», которую девушка читала для урока литературы, предатели и изменщики навсегда заключены в самом страшном девятом кругу Ада.

Наше время.

Аннабелль провела ту ночь в одиночестве. Ронан не вернулся домой: где он был и с кем — неизвестно. Девушка предполагала, что эта квартира у него не единственная. Телефон не отвечал, социальные сети молчали. Набрав Ронана несколько раз, Морган поняла, что это бесполезно. Воттерс-Кляйн обладал огромной силой воли, и можно было сколько угодно давить на него, и сколько угодно пытаться вернуть – если он решил что-то, остановить его могла только смерть.

Просторная квартира превратилась в клетку – Белль не знала, куда себя деть. Она блуждала по углам, рассматривая сувениры и фотографии, стоявшие в разных местах дома. У Ронана была небольшая гардеробная комната, заполненная дорогими вещами, наглаженными вещами, фирменными кроссовками и сумками. В юности он постоянно носил разные толстовки и спортивные штаны, но с возрастом перешел на что-то более классическое. Этот стиль шел ему гораздо больше – подчеркивал мужественную фигуру: широкие плечи, узкую талию, длинные ноги. Из гардеробной Аннабелль переместилась в спальную – Ронан любил минимализм, но эта комната явно выбивалась из стиля. Там действительно было много вещей без своего места – какие-то книги по психологии, свечи, таблетки...Ватман, свернутый в трубочку, об который девушка споткнулась.

Она развернула его и ухмыльнулась. Он был полностью заполнен фотографиями Ронана и Дарсии. Двойные стандарты. Парочка часто появлялась вместе на светских вечеринках, путешествовала и отдыхала в красивых местах. Дарсия с годами немного изменилась – чуть набрала вес и взгляд у неё стал совершенно уставшим. Жизнь девушки всегда была почти идеальной: повезло с внешностью, мила, влюбляла в себя мужчин. Тем более, таких, как Ронан Воттерс - Кляйн. Аннабелль казалось, что это выставлялось напоказ специально, помогало скрыть проблемы и сложности модельного бизнеса. Да и с Ронаном – они вряд ли ладили на сто процентов. Внимание Морган привлекла самая нижняя фотография. Приглядевшись, она изумилась: на изящной руке Дарсии сияло кольцо. Белль пораскинула мозгами: Ронан собирался жениться на Дарсии, но та изменила ему. Разорвала она помолвку самостоятельно или Ронан сделал это, неизвестно, но ситуация до глубины души тронула. Как будто...Девушки пытались найти ему замену, найти кого, кто стал бы лучше, но лучший человек уже находился рядом. Любил ли Дарсию Воттерс - Кляйн или просто привык? Любила ли Аннабелль Адама или не могла уйти, потому что боялась? Так или иначе, Морган ненавидела себя за бесконечную дилемму: кого выбрать и с кем остаться. Одного мужчину она выбирала телом и душой, второго – сердцем и головой. Она совсем не остыла к Клэману, а к Ронану испытывала нежность.

Аннабелль писала и звонила весь день, но он так и не ответив. Не дождавшись, девушка легла спать.

На следующее утро она проснулась с мыслью о новой картине. Вдохновение снизошло, впервые за долгое время. Она приходило все реже и реже. Через пару часов, вернувшись домой с полным пакетом красок и бумаги, Аннабелль расположилась на полу вместе со своими творениями. Собрав волосы в небрежный пучок, она надела потрёпанный джинсовый комбинезон, включила незатейливую музыку и отдалась творчеству. Штрих за штрихом, мазок за мазком – пустой холст оживал, преображался, приобретал вид. Вспоминая лекции об искусстве в университете, девушка выкладывалась на максимум. В каждую работу вкладывала кусочек души. Ее картины можно было найти в Европе, там они быстро находили новых хозяев, и Аннабелль часто думала о том, какие дома они украшают. Работы часто казались ей слишком личными, но никто, кроме нее, не знал истинного смысла. Сколько картин оказались посвящены Адаму...Почти все. Искусство редко приходило от счастья и радости, оно находило отражение в боли и одиночестве. По крайней мере, в жизни Аннабелль так повелось.

— Надеюсь, рисуешь не портрет Клэмана, — раздался голос Ронан позади.

Аннабелль оторвалась от рисунка, подняв голову. Воттерс - Кляйн стоял сзади нее, рассматривая рисунок. Девушка обратила внимание на то, как устало выглядел Ронан, будто не спал несколько ночей. Взъерошив волосы, мужчина рухнул на диван вместе с сумкой.

— Упаси господи рисовать его в твоей квартире. Пришла мысль, хочу кое-что на продажу выставить, — объяснила Аннабелль, — пытаюсь побыстрее заработать, не хочу тебя стеснять.

— Стеснять? В этой квартире можно поселить баскетбольную команду...— вскинув бровями, сказал мужчина.

— Не в этом плане. Я все еще думаю про ситуацию с фотографиями.

— Да, я здорово вспылил, поэтому уехал, подумать.

Ронан кинул взгляд на развёрнутый коллаж, поджал губы, а Белль кивнула в его сторону.