– А потом по дороге в форт выкинул ее в саду у вдовушки. Он, больше некому. Его работа.
Ошеломленный ученый издал что-то вроде стона и зажмурился, а когда снова открыл глаза, капитана Харви рядом уже не было.
Но профессор не позволил моряку просто так взять и уйти. Прежде чем наглый американец добрался до холла, не менее бесцеремонный англичанин нагнал его.
– Постойте! – загородил он дорогу Харви. – Расскажите мне все, что вам известно, я вас очень прошу.
– Нет, – отрезал моряк. – С какой радости я буду делиться с вами такими сведениями? Не вы же платите деньги. Я пойду или к вашему дону, или к инспектору Дэйту в Пирсайд.
– Но сэр Фрэнк невиновен! Он не совершил бы такое злодеяние! – настаивал мистер Джулиан.
– Ему дадут время доказать это, – жестко ответил капитан. – Пустите меня.
– Погодите. Вы должны объяснить, на каком основании…
– Дьявол вас возьми! – выругался Джордж Хирам и присел на стул в холле. – Ладно, слушайте, а то не отцепитесь. Этот аристократ появился в Пирсайде в тот самый полдень, когда мое судно бросило якорь на рейде. Пока ваш подручный суетился на борту, Рендом зашел о чем-то с ним потрепаться.
– О чем же?
– А я, сто тысяч чертей, почем знаю? – фыркнул шкипер. – Я занимался разгрузкой. Но баронет прибыл с берега, вместе с Болтоном проследовал в его каюту, и они там болтали минут тридцать. Когда они вышли, у Рендома чуть волосы дыбом не стояли, и я слышал, чтó он говорил вашему парню.
– Что именно?
– «Ты еще пожалеешь об этом», «Твоя жизнь в опасности, пока эта штука при тебе». Ну и другие вещи в таком же духе.
– Речь шла о мумии?
– А о чем же? Вряд ли я ошибаюсь, – самодовольно ответил капитан.
– Почему вы не сообщили в полицию?
– Вы смеетесь, что ли? Кто бы мне заплатил за это? И потом, я не придавал этому особого значения, пока до меня не донеслось, что евонная светлость приперся…
– Вы хотите сказать, сэр Фрэнк? – уточнил профессор.
– Я с вами чего, не по-английски изъясняюсь? – огрызнулся моряк. – Ясно же выразился: их светлость притащился еще и в тот гадюжник, где удавили вашего идиотского помощника.
– Рендом посетил «Приют моряка»? Когда?
– Тем же вечером. После перебранки на «Ныряльщике» он, кипя от злости, вернулся к себе на яхту. Болтон уволок треклятую мумию на берег и снял номер в этом чертовом трактире. Потом второй помощник с «Ныряльщика» – а это, не забывайте, больше не мой корабль – шепнул мне, что видел, как баронет зашел в гостиницу пропустить рюмочку и о чем-то перемолвиться с Болтоном через окошко.
– У того же окна, возле которого с Сиднеем беседовала женщина? – оживился профессор.
– Ага, у того самого, только с ней он болтал гораздо позже. Врать не буду: ни я, ни мои дружки не заметили, чтобы их светлость крутился у трактира, когда стемнело. Ну и что с того? Рендом, заранее все спланировав, проник туда и сам или с подельниками задушил вашего Болтона и заколотил труп в ящик.
– Это все ваши улики?
– По мне, так этого более чем достаточно.
– Но не для того, чтобы выдать ордер на арест.
– У нас в Штатах половины этих улик хватило бы, чтобы поджарить мерзавца на электрическом стуле.
– Осмелюсь заметить, что мы не в Штатах, а в стране, где властвуют закон и правосудие, – с достоинством провозгласил ученый. – То, о чем вы сообщили, – косвенные данные, а прямых улик, как я понимаю, у вас нет.
Капитан помрачнел, играя желваками.
– Для начала, это доказывает, что сэр Фрэнк стремился заполучить мумию, иначе на кой черт ему приходить ко мне на корабль и браниться с вашим подручным? Напомнить вам слова баронета? В них звучала явная угроза. Затем нашего аристократа за каким-то дьяволом понесло в дешевый трактир, куда богатенькие джентльмены и носа не суют. Там он общался с парнем, которого на другой день нашли мертвым. Так что вина налицо. К слову сказать, а вы видали его яхту? На такой посудине плевое дело причалить к гостинице, вытащить мумию через окошко и смыться. Дальше, когда баронетик прикарманил изумруды, а компания сушеного мертвяка ему надоела, он на той же яхте подошел к садику вдовы Джашер и бросил там мумию, чтобы пустить легавых по ложному следу. Короче, все ясно, как божий день. Обыщите корыто Рендома – и найдете камешки.
– Невероятно, – пробормотал Браддок.
– Полная чушь, – добавил, спускаясь со второго этажа, Арчибальд Хоуп, бледный и как никогда серьезный. – Ваши аргументы – сущая нелепость, мистер Рендом невиновен.
– Вам-то откуда это ведомо? – недобро усмехнулся Харви.
– Оттуда, что сэр Фрэнк – благородный английский джентльмен и, кроме того, мой добрый друг.
– Ха! Вот интересно, спасет ли такая линия защиты вашего дружка от петли? – осклабился моряк.
Мистер Джулиан злобно посмотрел на Хоупа:
– Как вам не стыдно подслушивать приватную беседу?
– Вы так кричите, что ее содержание скоро узнает весь дом, – ледяным тоном парировал художник, – поэтому извиняться я не намерен.
– И давно вы тут шпионите? – поморщился ученый.
– Я не шпионю! Мы сидели с Люси в ее комнате, до нас донесся разговор на повышенных тонах, я вышел на лестницу и услышал доводы господина Харви.
