– От забот, страха, лжи, бедности и кредиторов. Ох… – прижала она руку к сердцу, – что вы знаете о жизни? Вы – богатый, удачливый юноша, а я прошла через настоящий ад, и не по своей вине. У меня были отвратительная мать и плохой муж. Меня тянули в болото те, от кого я ждала помощи. Мне приходилось по нескольку дней голодать, я годами ревела в подушку. Во всем мире нет существа несчастнее меня!
– Зачем вы разыгрываете передо мной мелодраму? – прервал женщину баронет.
– Боже мой! – воскликнула вдова, сцепив пальцы. – Вы мне не верите, вы не понимаете реальной жизни. Бесполезно взывать к вашим чувствам – вы слишком толстокожи. Давайте придерживаться фактов. Что вы желаете выяснить?
– Первое: кто убил Сиднея Болтона? Второе: кто украл изумруды?
– Послушайте! Это не имеет отношения ко мне и моей прошлой жизни. Я готова рассказать, что делала с тех пор, как приехала в эти края. Я тогда только что схоронила мужа и еле наскребла двести фунтов… Честным способом, между прочим, – заверила женщина, заметив, как скривилось лицо ее собеседника. – Я прибыла сюда в поисках спокойной жизни и состоятельного супруга. Я знала, что тут рядом форт, где полно холостых офицеров. Однако мне понравился профессор, и я решила выйти за него замуж. Мы уже обручились, и, если бы не ваша проницательность, я вот-вот стала бы миссис Браддок. У меня ни гроша за душой, и я по уши в долгах. Мне долго не протянуть.
– Вы же получили наследство?
– Это тоже выдумка. Нет у меня никакого брата, и никогда не было. Ничье наследство мне не светит. Единственная правда – что один мой знакомый раз в год присылает мне на Рождество духи из Пекина. Я – авантюристка, но не такая подлая тварь, как вы полагаете. Люси и донна Инес не слышали от меня ничего дурного. Я всегда старалась вести себя добропорядочно и всего лишь хотела стать женой профессора и зажить в мире и достатке. Видя, что мои ресурсы на исходе, и понимая, что подтолкнуть мистера Браддока к алтарю могут только деньги, я и затеяла эту аферу. Когда я узнала, что капитан Харви обвиняет вас в преступлении, то написала это злосчастное письмо и съездила в Лондон его отправить.
– Так вы считали меня трусом и тряпкой? – нахмурился мистер Рендом.
– Не отрицаю, я надеялась легко обмануть вас. Но, разоблачив меня, вы доказали, что гораздо умнее, чем кажетесь. Вот, собственно, и все. Про убийство мне нечего вам сообщить. Мое письмо – последняя отчаянная попытка раздобыть пять тысяч фунтов. Если бы вы мне заплатили, я представила бы профессору эти деньги как завещанные мне «братом». Но теперь все рухнуло…
– Теперь, – вынес суровый приговор сэр Фрэнк, – мне придется передать ваши слова Браддоку и всем остальным…
– …и заявить на меня в полицию, – зябко поежившись, добавила Селина. – Что ж, я это предвидела, хотя в глубине души верила, что вы пощадите меня ради нашей давней дружбы.
– Дружбы? Мы всегда оставались просто знакомыми, госпожа Джашер, – отрезал баронет. – К тому же странно, на каком основании вы ждете от меня милосердия после всего, что натворили. Вы, шантажистка, желаете выйти сухой из воды, а на самом деле заслуживаете наказания, и я непременно расскажу обо всем профессору Браддоку – в конце концов, я не должен допустить, чтобы он женился на вас. Единственное, что готов пообещать: в полицию я не пойду.
– Не пойдете? – охнула вдова, не веря своим ушам.
– Нет. Завтра я все хорошенько обдумаю и решу, как с вами поступить. Вы и впрямь порядочная женщина, и зла на вас я не держу. Но пока я вынужден попросить кого-нибудь присмотреть за вами, чтобы вы ненароком не сбежали из деревни.
– Устроить за мной слежку? Нет уж, тогда выдавайте меня полиции, – обиделась Селина.
– Не волнуйтесь, я поручу вас своему сослуживцу, – успокоил ее сэр Рендом. – Он не слишком умен, но честен и предан мне. Мы обойдемся без лишнего шума. Однако при попытке скрыться вас арестуют за шантаж. Вы меня поняли?
– Как вы великодушны! – язвительно воскликнула вдова. – Когда же вас ждать?
– Завтра вечером. Я предварительно побеседую с Браддоком, и, вероятно, вы получите шанс начать новую жизнь в другой части света. Как вам такой вариант?
– Господи, я согласна. Ничего иного мне не остается.
– Ну и отлично, – взял шляпу баронет.
– О благодарности поговорим потом, а пока оставьте меня, ради бога, в покое.
Сэр Фрэнк шагнул к двери, но на мгновение задержался и строго предупредил:
– Помните, за вашим домом будет установлено наблюдение. Никуда ни шагу из Гартли!
Женщина упала на кушетку, отвернулась к стене и зарылась лицом в подушки.
