К осуществлению операции приступали немедленно, как только в поле зрения появлялось подходящее судно. В море, вне территориальных вод, где торговля шла свободно, назначалось место встречи с испанскими покупателями из Валенсии. Опасность была минимальной, а прибыли весьма приличными: пачку сигарет, купленную в Танжере за тридцать франков, можно было перепродать за пятьдесят-шестьдесят. За один рейс можно было переправить пятьдесят ящиков, в которых находилось двадцать пять тысяч сигарет, и получить прибыль в пятьсот-шестьсот тысяч франков. В пересчете по курсу доллара в сто двадцать франков это было четыре-пять тысяч долларов.
Торговля сигаретами еще не попала в лапы крупной мафии, но уже была жуткая конкуренция, даже, можно сказать, драка между «опереточными контрабандистами». В конкурентной борьбе участвовали бывшие офицеры Британского королевского флота, английские и итальянские аристократы, будущий член французского правительства и даже экипаж лесбиянок, чье судно под розовым флагом качалось на морских волнах.
После шести операций у Реба Климрода появилась прибыль, и он предложил Лазарусу забрать первоначальный капитал.
– Не стоит возвращать мне деньги, это просто ни к чему.
– Но я так хочу, – настаивал Реб.
При их разговоре присутствовал третий человек – француз по имени Анри Хаардт. Этот человек просто грезил приключениями и ради них переехал из Ниццы в Танжер.
Хаардт и Климрод встретились абсолютно случайно в книжном магазине «Колонн», что в конце бульвара Пастера. Стоя у полки с книгами, самый известный историк в Ницце первым заговорил о книге, которую держал в руках Климрод. Это была книга «Закат Европы» Шпенглера. Их практически бессодержательная беседа продолжилась на террасе кафе «Кларидж», расположенного рядом с магазином. Между ними была приличная разница в возрасте: Хаардту было тридцать, а Климроду восемнадцать. Хаардт был очень удивлен тем, что, по его мнению, юный Реб читает Шпенглера, но еще большее потрясение он испытал, когда узнал, что юноша занимается контрабандой сигарет. У Хаардта на этот счет были свои соображения, ведь он не был человеком, оторванным от жизни, он прекрасно знал, что собой представляет «великий путь американских сигарет», связывающий Танжер с берегами Франции и Италии, где стоимость одной пачки «Филип Моррис» или «Честерфилд» доходила до ста франков.
– А ведь мы можем взять на борт не пятьдесят, а пятьсот и даже тысячу ящиков! – воскликнул Хаардт. – Главное – найти подходящее судно, и наша прибыль станет просто баснословной. Даже миллион долларов в год – это для нас реально.
Хаардт изо всех сил старался убедить Реба стать его компаньоном. Однако юноша колебался, и это было явно заметно. Причину своего колебания он не называл, и Хаардт не мог понять почему, ведь у этого мальчишки хватало и смелости, и деловой хватки. Значит, было что-то еще.
– Ты не соглашаешься из-за этого ирландца, твоего друга.
– Не совсем так.
– Но ведь мы можем взять в компаньоны и его, – наконец сказал Хаардт. – Мы в состоянии работать и втроем…
Хотя ему определенно не нравился Дов Лазарус, известный ему как О'Ши. Это был псевдоним, которым Лазарус всегда пользовался во время своего пребывания в Танжере. На самом деле Хаардт побаивался Лазаруса. Он несколько раз видел, как этот человек общается с сомнительными италоамериканцами. В его разговоре звучали имена Хайми Вейса, Мейера Лански, Лепке Бухгалтера и Лаки Лучано. Лазарус произносил эти имена несколько небрежно, так, как говорят о своих командирах бывшие солдаты. Но все эти обстоятельства не слишком смущали Хаардта, им руководила непреодолимая страсть к авантюрам. Этот Лазарус – О'Ши казался ему «off-limits», диким и непредсказуемым, и его тандем с Климродом он тоже считал слишком опасным. Но он с уважением относился к юному Ребу, сам не зная почему.
Дело Лангена касалось Хаардта косвенно, он просто был свидетелем.
– Эти двое – голландцы, – сказал Лазарус. – Одного зовут Ланген, а второго, кажется, де Грот. Один из них имеет диплом капитана дальнего плавания, а нам как раз нужен такой специалист. В этот раз придется пересечь Средиземное море, но вовсе не для того, чтобы помахать ручкой сеньоритам, стоящим на испанском берегу. Короче, нам нужен де Грот. В экипаж войдут еще мальтиец и трое сицилийцев.
– Плюс мы трое.
– С нами будет восемь человек. Для разгрузки девятисот ящиков понадобится дополнительная бригада.
– Куда будем путь держать?
– На Сицилию. В бухту к западу от Палермо. Ты ведь не против, малыш? Ты думал, что мы будем играть в детские игры, а мы займемся настоящими, серьезными делами. Пойдем, я познакомлю тебя с голландцами…
Анри Хаардт сидел за столиком в «Парижском кафе» со своим другом – офицером таможни. Это был корсиканец, который на правах профессионала выдал великое множество советов насчет того, как обернуть себе на пользу конкретные преимущества международного статуса Танжера.
