Зеленый круг полностью

ДЭВИД (за кадром): Перестань, Дина. Не нужно так говорить.

ДИНА: Но ведь это правда. Мы здесь в западне. Что бы мы ни делали, все зря. Время проходит, но все по-прежнему. Здесь вообще нет времени.

ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Ты ошибаешься. У свиней появилось потомство. Мы заботимся о детях. Охотимся на крыс. Постоянно что-то происходит. Все будет хорошо, мы справимся.

ДИНА (кричит): Но как ты не понимаешь?! Это мы все придумываем. Юдит считает, что это сон, потому что вокруг ничего не меняется. Это просто кошмарный сон, Габриэль!

Она плачет.

Камера вздрагивает, Дина исчезает из кадра. Камера скользит вдоль линии горизонта, приближает силуэт Бендибола.

ДЭВИД (за кадром): Ну ладно, пошли.

Щегол разливает по тарелкам горячий суп. Я выхожу из дома, чтобы спросить у Бенджамина, сможет ли он посидеть на посту еще немного. Следующая очередь Габриэля, но он еще не вернулся с берега. Я останавливаюсь на площадке перед домом и прислушиваюсь, не слышны ли голоса Дины, Габриэля и Дэвида. Тишина. Странно, почему они задерживаются, хотя давно должны были вернуться? Я подхожу к вязу и зову Бенджамина.

— Побудешь еще на посту, пока не вернется Габриэль, или тебя сменить?

Бенджамин не отвечает. Я снова кричу:

— Эй, ты что там, заснул?

Я исследую взглядом платформу, но не вижу и не слышу Бенджамина. Внутри снова начинает скрестись тревога.

— Бенджамин! — кричу я так громко, что со двора ко мне прибегает Щегол.

— Что случилось?

— Он не отвечает.

— Сейчас залезу и посмотрю, — говорит Щегол.

Я мотаю головой.

— Иди и поешь. Я сама. Он просто заснул.

Но чем выше я карабкаюсь по крепким ветвям, тем быстрее меня покидает уверенность. Когда я оказываюсь на платформе, сердце готово выпрыгнуть из груди…

— Это всего лишь я, — говорю я и ползу по дощатому полу.

Как я и подозревала, Бенджамин растянулся на полу и спит. Он лежит на животе лицом вниз. Неудобная поза. Видимо, он совершенно измотан. На шее у него несколько странных пятен. Я осторожно трясу его за плечо.

— Подъем, — говорю я. — Бенджамин, пора вставать.

Но он не просыпается. Не подает ни единого признака, что слышит меня. Жуткое чувство нереальности происходящего словно бьет меня по затылку.

— Бенджамин! — кричу я. — Проснись!

Он не реагирует. Я осторожно переворачиваю его на спину — подтверждаются мои наихудшие опасения, но все равно это шокирует..

Бенджамин мертв!

СЦЕНА 29. ДЕНЬ. ПОБЕРЕЖЬЕ.

ДИНА, ДЭВИД, (ГАБРИЭЛЬ).

По морю бежит легкая рябь. Плот покачивается на волнах. На плоту почти готовый деревянный дом. Дэвид бредет по пояс в воде с парой досок на плечах. Над ним словно белая простыня кружат птицы.

ДЭВИД (кричит): Хватит валять дурака! Лучше помоги!

ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Нам нужно поговорить с Диной. Ей плохо.

ДЭВИД: Что ты сказал?

ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Дине снова хуже. Нужно с ней говорить.

ДЭВИД: Где она?

ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Сидит около Бендибола.

СЦЕНА 30. ДЕНЬ. РЯДОМ СО СТАТУЕЙ.

ДИНА, ДЭВИД, (ГАБРИЭЛЬ).

Дина сидит, прислонившись спиной к ноге Бендибола. Она положила голову на руки, словно плачет. ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Как ты?

Дина не отвечает, сидит неподвижно и молчит. ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Дина, пойдем, мы…

ДИНА: Ты когда-нибудь прекратишь эту дурацкую видеосъемку?!

Она поднимается и идет к камере.

ДИНА: Прекрати! Слышишь?! Прекрати сейчас же!Камера пятится от нее, но продолжает снимать. ДИНА: Какого черта?! Прекрати, я сказала!

Вдруг она поворачивается и бросается к Бендиболу. Она кидается на его ногу и дергает ее так, что статуя начинает раскачиваться.

ДЭВИД (за кадром): Дина, прекрати, это опасно!ДИНА: Чертов придурок! Я тебя ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Берегись!

Статуя качается над Диной все сильнее. Красный камень двигается в такт с досками. И падает. ГАБРИЭЛЬ (за кадром): Осторожно!

Я сижу, уставившись на худощавое тело Бенджамина. Это не может быть правдой! Все так неожиданно, невероятно. Нет, это неправда! Не знаю, как долго я сижу перед ним на коленях. Кажется, я плачу, но, когда хочу вытереть слезы, ладонь остается сухой. Я закрываю глаза и сижу неподвижно. Жду, что Бенджамин очнется и встанет. Через какое-то время открываю глаза, но он лежит все так же неподвижно. Мертвый.