– В боксе были образцы, сырье, лабораторный журнал. У меня нет никаких доказательств, что «Недреманное око» составила я. Разве что мой бывший куратор, профессор Ларим подтвердит. Я ему отчеты сдавала и консультировалась. Но что-то мне подсказывает, что он не станет этого делать. Декан приказал считать, что бокс взорвался из-за моей неосторожности.
– Какая вопиющая несправедливость! Так ведь и работу Ауры могут украсть? – разволновалась мури Ровена.
– Не сомневаюсь. Академия не защищает нашу интеллектуальную собственность. Наоборот, покрывает кражу и заметает следы. Мур Ларим срочно перевелся в Сангорскую академию, например. Не дождавшись окончания семестра, что очень странно.
Дальше вербовать мури Ровену на свою сторону не пришлось, меня нашел Алекс. Гадкий, гладкий Алекс, выливающий зачем-то на свою голову банку воска для укладки. Впрочем, я пристрастна, объективно говоря, это был вполне приятный парень, с отличной спортивной фигурой, и мундир ему очень шел. Уж очень он маме нравился, и она всячески пыталась нас свести вместе. Видимо, поэтому у меня было стойкое предубеждение, что от него надо держаться подальше. Лично мне он ничего плохого не сделал.
– Мури Блейз, генерал просит вас придти в его кабинет, – адьютант щелкнул каблуками.
– Простите, мури Ройвит. Мы договорим позже, – даже не добрались еще до ее фигуры в молодости, всегда ли она была полной. Если все-таки была, то эликсир ей не поможет, из тягловой лошади скаковую не сделать даже с помощью магии. Косметическая магия творит чудеса, но даже она бессильна переделать телосложение или выпрямить кривые ноги. Косметические иллюзии удел несчастных, проигравших в генетической лотерее.
– Конечно, иди, деточка, поздравляю тебя! Очень рада, что у Ауры такая чудесная старшая подруга, – мури Ройвит поцеловала меня в щеку.
Генерал сидел в кабинете со снифтером коньяка и жестом указал мне на кресло.
– Боюсь, у меня не слишком приятные новости, дорогая супруга. Этой ночью случился прорыв на кряже Карамайна. Обвал, лавина, пограничники не справились, пострадали местные жители, пару деревень снесло с лица земли.
– Ужас! – отозвалась я. Название мне ничего не говорило, к сожалению, география меня никогда интересовала. – Я чем-то могу помочь?
– Ты добрая девочка, но мы справимся без тебя. Есть один нюанс. Из моего дома на занятия ты не должна вернуться девственницей.
– Понимаю, – и генералу будет неловко, и мне неприятно попасть под пристальные взгляды окружающих. А учитывая, что в академии маги каждый первый…
– Из тех офицеров тебе никто не понравился больше других? Или кто-то решительно не понравился?
– Муры Ревиц и Блумер мне не понравились, – я опустила голову. Ревиц был слишком шумным, говорил больше всех, шутил и сам первый громко смеялся, и нос у него был кривой. Блумер мне показался похожим на мышь, серый, бесцветный и усики у него некрасиво подстрижены, короткой щеткой. Наверное, колются.
– Отлично, у нас остались Паперо, Нест, Винтер и Тениц.
– Если можно, исключите тех, у кого есть жены и невесты. Мне будет неприятно быть с нечестным человеком, давшим обещание другой женщине хранить верность. Этих четверых я совсем не знаю, они не выпячивали себя, как Ревиц. Поговорю, потанцую и скажу вам.
– Венди, я уточню насчет невест. Неженаты точно все четверо. У тебя времени до вечера, к сожалению, на рассвете мы отбываем.
– Я поняла, Тобиас.
Вышла из кабинета задумчивая. Мне дали три дня освобождения от занятий, но решить все надо сегодня и в ближайшее время. Конечно, я думала о своем первом разе, мечтала, представляла его с Тони, потом и про Кристофера думала, уж он-то бы из кожи вылез, чтоб сделать мой первый раз незабываемым. Может быть. У меня совсем нет опыта, чтоб оценить практически постороннего мужчину в качестве любовника. По каким признакам их вообще определяют? И спросить не у кого. Не целоваться же со всеми подряд?
– О! Пойдем танцевать! – в коридоре на меня налетела веселая и слегка нетрезвая Жаниль.
– Жаниль, вот если бы ты выбирала себе кавалера… ну, любовника, на кого бы ты обратила внимание? Из здесь присутствующих?
– А что? Интересный вопрос! Давай посмотрим! – охотно согласилась Жаниль.
Мы взяли еще по бокалу игристого и притаились в нише за портьерами, с отличным видом на Зеркальный зал. К сожалению, вкусы у нас решительно не совпали. Те, кого я считала привлекательными, Жаниль безжалостно критиковала, а те, на кого указывала она, решительно мне не нравились. В результате мы просто поругались. Не всерьез, но она умчалась танцевать, а я так и стояла, ни на шаг не приблизившись к выбору. Вот как выбирать, если я говорю «мужественный», а она тут же говорит «урод»?
На глаз выбрать оказалось невозможно. Попробую на ощупь, я же ученый! Пойду танцевать, может что-нибудь почувствую. Ну, как там пишут в романах: ноги подгибаются, в животе шевелятся членистоногие, а голова отказывается соображать. Да, и когда я окажусь в чужих руках, смогу оценить насколько они крепкие и надежные. Наверное.