Горячая каша придает сил, но так тепло и спокойно в его объятиях.
– Спасибо.
– Тебе спасибо, Венди. Двадцать лет назад капитан Блейз зачищал затопленный Инигвер после нападения тварей изнанки, – задумчиво сказал Собрин. – Народу унесло в море – пропасть! А меня принес к берегу крокодил, представляешь? Будто понял, что у людей беда. Тогда многие животные помогли людям. Косатки, дельфины, даже осьминоги. Меня генерал лично выудил из воды. Мне и пяти не было. Кто я, откуда, ничего не помнил. Имя только знал, Собрин. Капитан Блейз меня и еще с дюжину сирот отвез в Эмидео. Навещал каждую неделю. Его полк взял над нами шефство, нас даже зачислили в него, представляешь? Мы страшно гордились, что мы гвардейцы.
– А потом? – тихо спросила, понимая, что такой момент откровенности может не повториться.
– У меня, когда я тонул, дар открылся. Магшкола, колледж, курсы. Не слишком сильный, но достаточный для службы. Тогда уже полковник Блейз меня взял к себе. Он приказал тебя защищать. Если я хоть так могу отплатить ему за свою жизнь, то и дальше буду делать все, чтоб тебе помочь.
– Но я же изменила мужу, – прошептала я.
– Не знаю такого, – отрезал Собрин. – Поддержала магией. Приехала, вкалываешь тут с утра до вечера. Более преданной и верной жены не найти во всем Десадане! А кто не согласен, тому я рожу разобью!
– Спасибо, – я вытерла слезинку. – Если бы у меня был брат, я бы хотела такого, как ты.
– Спи!
Я очутилась под одеялом, жалюзи отрезали лабораторный модуль от солнечного света. Что-то я и правда, устала.
Повернулась на бок и мгновенно уснула.
– Да что же это такое, дрыхнет и дрыхнет! – кто-то причитал рядом, негромко, но очень навязчиво.
– Всех убью, – пробормотала я, не желаю расставаться со сном.
– А смысл убивать? Ректор очень далеко, не поднимет никого! – пропел знакомый голос.
– Жаниль! – торопливо разлепила глаза и потерла их кулаком. – Это ты?
– Нет, конечно, – засмеялась соседка. – Это твоя совесть жаждет крови и трупов!
– Согласна на чай и булку! Жижи, как же я рада тебя видеть!
Я действительно была рада видеть Жаниль, надо же! А когда заселилась в общежитие, считала, что это самое неудачное соседство. Шумная, бесцеремонная зазнайка, не признающая никакой приватности и деликатности, чье любопытство доставило мне немало неприятных минут. Почему меня селят в середине года, сколько правды в газетных статьях, я что, та самая Хайнц из семьи известных зельеваров, и отчего у меня всего одно платье… Мне было очень трудно с ней общаться! К тому же она была поглощена охотой за женихами, а меня как раз бросил Тони. У нас было мало общего. К тому же, Жаниль из обеспеченной купеческой семьи. Первый маг за пять поколений!
Папаша Жаниль просто раздувался от гордости, хотя, на мой взгляд, все было намного проще: мама Жаниль позволила себе чуточку расшатать семейные узы. Удачно, надо признать. Высокий рост, сложение богини охоты, шикарные черные волосы и сильный дар она явно получила не от отца, низкорослого лысеющего толстяка, и не от матери, бледной тощей блондинки. Впрочем, какое мне дело до чужих семейных тайн? Мне своих достаточно!
Зато Жаниль оказалась доброй и отзывчивой девушкой. А что до отсутствия такта, так где вы видели застенчивого целителя? К пятому курсу у Жаниль был уверенный командный голос, распоряжалась она младшим персоналом не хуже генерала на поле боя. А пациент, нарушивший ее указания, и вовсе приговаривался к негуманным методам лечения. Впрочем, целителем она была толковым, и спорила со мной по поводу применения тех или иных зелий вполне аргументированно.
Обнялись мы вполне искренне.
– Рассказывай! – прозвучали два голоса одновременно.
– Я работаю в детском лагере у подножия, детей собрали отдельно, многие остались сиротами, – помрачнела Жаниль. – Мне Эмма сказала, что ты тут.
– Кто такая Эмма?
– Да ваша практикантка! Ее тут оставили на всякий случай. Ах, как я жалею, что не попросилась в операционную! – Жаниль звонко хлопнула себя по ляжкам. – Весь лагерь шумит, такие чудеса про тебя рассказывают! Что ты наколдовала пять литров крови из воздуха!
– О небо, надо же проведать мужа! – я подлетела с кровати, благо спала одетая.
– Там толчется уже полкурса наших, есть, кому присмотреть! – Жижи загремела чайником, активируя согревающую плитку. – Тут тебе передали, кстати!
Целый поднос пирожных! Безе, корзиночки, эклеры… Да откуда? А я еще думала, отчего в модуле пахнет не мятой и спиртом, а нежной ванилью и корицей. Решила, что снится.
– Я возьму? – Жаниль ухватила эклер, не дожидаясь разрешения.
– Бери, конечно, и детям можешь забрать, я все равно столько не съем!
Я рассказала про свою защиту. Жаниль охала, ахала и всплескивала руками, рискуя опрокинуть на себя чай.
– Вот поганка! – выразилась она про Кристаль. Декана она обозвала мерзким негодяем и развратником. Мы немного поругали его, это было приятно.
– Десятый! Это же невероятно много! Понятно, отчего Эмма блеет, как овца, и трясется от восторга и ужаса одновременно.