— Вроде не должен, — вслед за ним изучаю расщелину, задумчиво потираю начинающие ныть плечи. Похоже, действие обезболивающей магии заканчивается. Как же я дальше-то пойду? Грустно все это как-то…. С такими мыслями я и шагнула в узкий проход, прорезавший плоть скалы. Под ногами тут же захлюпал небольшой ручеёк, скорее всего и являющийся причиной появления самого ущелья. Впрочем, единственная опасность, которую он представлял — риск поскользнуться на мокрых камнях. Утонуть же здесь не умудрится и летучей мыши. За спиной раздались не мене хлюпающие шаги Рена. На плече ложится теплая и крепкая рука.
— Как ты?
Растерянно оглядываюсь:
— Нормально. А что?
— Заклятия истончаются.
— Ничего, потерплю…, - вдруг камень под ногой поворачивается, и я лечу в холодную воду. Конечно ничего страшного, но и приятного тоже мало. И что гораздо неприятнее: остановить движение не получается даже после того, как приземляюсь на мокрые камни: уклон здесь не велик, но вполне достаточен, чтоб прокатиться до самого конца ущелья, заработав лишний десяток синяков. Ттан-хе! Все-таки, такие дороги не для раненных: работай у меня нормально руки — сумела бы остановиться, а на здоровых ногах — вовсе бы не упала. Медленно поднимаюсь и понимаю, что не могу двинуть ногой. Теперь, правда, уже только левой. Оглядываю не послужную конечность: вполне довольная собой скальная гадюка соскользнула с сапога и скрылась между камнями. Похоже, Рену все-таки придется меня нести, подумала я, прежде чем провалиться в беспамятство.
Солнце задумчиво грело кожу, даже сквозь веки, виднеясь алым пятном.
— Ян! Айана-а-а! — голос очень знакомый. Только никак не могу вспомнить…
— Да будет тебе, Сит. Она в себя прейдет дня через два не раньше. Сам же говорил: её скальная гадюка цапнула, — этот голос я не узнать не могла — Кор.
— Если я все правильно сделал, то ещё до следующего выступления должна очнуться. И не учи Силье лечить!
— Два дня? Мне нельзя два дня лежать: меня дедушка убьет! — открываю глаза и оглядываю столпившуюся вокруг меня команду.
— Что я говорил! — радостно восклицает Сит, а я ещё раз потерянно оглядываю друзей.
— А где Рен?
— Кто? — удивленно переспрашивает Аор.
— Э-э-э, в смысле Творящий.
— Он же не в нашей команде, — растерянно поясняет Кор.
— Но у него крыло сломано. Сит, помоги ему!
— С чего вдруг. У них свой целитель должен быть.
— Разве? По-моему у них только боевые маги.
— Всё равно, до окончания соревнований, он — враг, — упрямо мотает головой целитель.
— А кто меня сюда притащил? Да ещё и вам отдал! Или мне следует вспомнить про традиции брать на Арене пленников. Ты уверен, что хочешь потом меня у них выкупать, а Сит?
Маг оглядывается на товарищей в поиске поддержки, но вместо этого:
— Да ладно тебе, Сит. В истинном облике соревнования закончились, теперь состояние его крыла значения иметь не будет. А вот если Айана к ним в полон уйдёт — нам мало не покажется, — глубокомысленно заявляет Аор. В ответ целитель растерянно пожимает плечами и зажигает над нами столб серебристого пламени — приглашение на переговоры.
Идем к центру Арены, где уже расположились наши противники, провожаемые удивленными взглядами с трибун.
Истинная выдвигается вперёд и интересуется:
— О чем вы желаете говорить, Атакующий?
Кор недовольно смотрит на меня, но все же произносит:
— Творящий помог нашему бойцу, хотя сам ранен. Мы полагаем справедливым, если наш целитель — Сияющий поможет ему.
Среброволосая задумчиво смеживает веки и согласно кивает:
— Вы поступаете благородно, Атакующий. Настолько, что я даже начинаю сомневаться в том мнении, что сложилось у меня о Вас. Хотя, возможно, Вы действуете под давлением команды. Творящий, ты не возражаешь?
— Против исцеления, командир? Разумеется, нет. От меня что-нибудь требуется, Сияющий?
Сит кивает:
— Прежде всего, ослабьте щиты. И, если Вас не затруднит, лягте на землю, лучше на живот.
Рен спокойно выполняет указания. А Сит вскидывает руки и застывает на несколько минут. Наконец, он растерянно проводит рукой по лицу и вздыхает:
— Вставайте. Крепко Вам досталось. И спасибо, что дотащили нашу э-э-э… Ищущую.
— Разве я мог бросить её одну раненную?!
— Ваш поступок говорит о Вашем благородстве. Прошу принять мою благодарность.
— Вы очень любезны. Я надеюсь, с ней всё в порядке?
— Вполне, хотя и лишь благодаря Вашей помощи…
— Может, хватит раскланиваться — в один голос вскричали Аор и… Истинная. Все дружно расхохотались. Веселье прекратил громовой голос герольда, объявляющий индивидуальные поединки. Первая пара — командиры. Тут мы победим, нечего и сомневаться. Вторая — Аор и Смелый. Третья — Сит со Смеющемся. И, наконец, я против Рена. Во всех трех неясно чего ждать.
Все, кроме командиров, отходят в сторону, освобождая место для поединка. Против обыкновения — в одну, а не в разные. Будущие противники придирчиво изучают друг друга. Творящий внимательно смотрит на меня, пока я, наконец, не спрашиваю:
— Рен, ты меня сильно бить будешь?
— Что? — кажется, он удивлен.
