«Остатки первой колонии, — потрясенно подумал Гудвин. — Это Ковчег, на котором прибыли поселенцы. Но как я очутился в Ковчеге?»
Где-то вдали ритмично ухали тамтамы. Тени плясали по стенам. Терпко пахло нечеловеческими телами, грибной сыростью, острой вонью перебродивших плодов. Жар исходил от сплетающихся в экстатическом танце тел. Они были везде, плоскомордые, смуглокожие, с тонкими руками и кривыми ногами, они предавались соитию в немыслимых позах — Гудвин видел лишь мелькание более светлых и темных пятен, потому что свет скупо сочился сверху, несколько тонких бледных лучей.
«Уже утро», — глухо прозвучало в одурманенной голове охотника.
Связанные руки и ноги больше не болели. Гудвин их просто не чувствовал.
Прищурившись, он заметил в сплетенье теней мелькание рыжего. Маниша. Она была там. Она была там с Боровым, в этом ухающем, ворочающемся живом котле, в чреве, в плотском вареве.
— Помогите! — закричал Гудвин, вскинув голову к невидимому, изрешеченному лучами своду.
— По-мо-ги-тееееееееееееееее!
Острые зубы сомкнулись на его плече. Еще кто-то впился в лодыжку. Твердые пальцы зашарили по ребрам, срывая одежду. Еще один укус, еще, еще.
— Я никого не ел, — уже теряя сознание, всхлипнул он. — Честное слово. Простите. Мама!
Червячки в большой пустошкуре и Манише были сама полезность. Я стал сильнее. Сильнее должно было стать и все МОЕ. Я нужен был Бандар-лог. Он был труслив, но Я-Каа и Я-Тигр спрятались на время. Я-Бандар-лог, заняв большую пустошкуру, принялся за дело. За то, что умел лучше всего — наполнять пустошкуры обновленным, лучшим Я. Работы было много, но Я-Бандар-лог с ней справился.
Усталость. Правильность… А затем пришел голод. Настало время поглотить Страх. Сделать его МОЕ. Я-Страх. А потом подумать о том
Отчет патрульной группы МЧС 1473-SAY, 13-й сектор (поступил в локальное отделение МЧС по квант-связи):
