Джайтерра встретила меня желтым, словно лимон в чашке черного чая, солнцем, надоедливыми гидами, которые так и норовили охмурить вновь прибывшего туриста, и моим другом Валераном «Стреляю-первым» Уальдом. Он уже пять лет тут помощник мэра. Считай — главный охотник. Деньги гребет лопатой, как глава финансовой пирамиды. С него не убудет предоставить мне на год… ну на два небольшой загородный домик, пока не обзаведусь собственным хозяйством.
— Старик! — Валеран похлопал меня по спине. — Здоровый! Крепкий! Уважаю! Как Алена?
— Какая Алена? — спросил я.
— Не было Алены? Ну и ладно. Будет другая. Главное, что ты у нас! Как в славные добрые времена! Помнишь, как мы завалили ту амфибию с Гефеста? Ох и здоровая была зверюга!
— Я.
— Что?
— Я завалил, а не ты.
— Ну хорошо, ты, ты… Зато здесь я тебя всему научу. И как стрелять, и как добычу выслеживать. — Он подмигнул проходящим мимо смуглокожим красавицам. — Завтра начинается сезон охоты. Дрейков в этот раз обещает быть больше обычного. Всем хватит. Рейнджеры только у города три колонии выследили.
Мне показалось, что на остановке монорельса мелькнуло багровое платье Ангелии. Я тяжело вздохнул. Подумать только, все благосостояние этой колонии зависит от охотников на дрейков. Дрейки — это нечто среднее между растениями и грибами. Во всяком случае, так написано в путеводителе по Джайтерре. Здесь царит жесткая торговая монополия. Осуществляется строгий контроль над приезжими, введен полный запрет на вывоз «живых» плодов Дрейка и нелицензионную охоту. Повезло, что на планете не найдено разумной жизни и Совет позволил колонизацию.
А мне повезло, что Валеран добился для меня разрешения. Как говорится, взял под свое крылышко.
«Спустя три месяца созревший плод дрейка уходит искать новое место для грибницы», — мысленно процитировал я книгу. Плод — уходит… Бред. Растения не должны ходить.
— Что ты сказал? — переспросил Валеран.
Очевидно, я думал вслух. Глупая привычка, которую приобрел, три года прожив Робинзоном на Нью-Гвинее. Не той, что на Земле, а на ее тезке в системе Эты Кассиопеи.
— Говорю, помнишь то хищное растение с Гвинеи? Оно росло, а не ходило.
— А вот теперь поохотишься на ходячие растения, друг мой, — хлопнул меня по спине Валеран.
Плоды Дрейка принимают вид одного из животных Джайтерры. Чаще всего — их тезок, драконов, хищных ящеров, живущих стаями. Точная копия — не отличить. Идеальная мимикрия. Дрейки охотятся вместе со своими животными собратьями, пока не придет время основывать новую грибницу. Тогда они разваливаются на куски, каждый из которых дает подземные побеги.
Главное для рейнджеров — найти грибницу до раскрывания плодов. Остальное — дело охотников.
— Поохотимся, — улыбнулся я. — Дрейки ведь опасны?
— О! Весьма! — Валеран продемонстрировал висящее на шее ожерелье, выполненное из больших изогнутых когтей. — Знаю я твои правила! Предоставим тебе самого страшного из них! Пошли, я покажу твое бунгало, раз не хочешь остановиться в городе.
Мы сели в монорельс, колея которого кольцами и спиралями охватывала всю колонию. Прозрачные капсулы-вагоны мчались мимо небоскребов. Люди загорали на залитых солнцем площадках и купались в воздушных бассейнах. Нет, это неправильно. Вода не должна висеть в пузырях посреди неба.
Я прислонился лбом к стеклу, ощущая легкую вибрацию от двигателя. Все должно быть совсем не так. Я закрыл глаза, вспоминая болота Новой Гвинеи, когда из оружия оставались лишь лук и копье, а спать можно было только на деревьях, чтобы за ночь тебя не сожрали хищные пиявки. Тогда вода не висела в воздухе, а чавкала болотной жижей под ногами. Вот это была жизнь! А здесь куча бездельников, зависящих от смерти несчастных растений.
— Что ты сказал? — спросил Валеран.
— Ничего.
Я отодвинулся от запотевшего стекла и нарисовал на нем пальцем улыбающегося омара. Затем поднял на колени чемодан с моим разборным «Банджо» шестого калибра и плотнее прижал к себе. Это меня успокоило. Близость оружия всегда успокаивает. С ним обычно все понятно — есть лишь ты и добыча. Главное, не перепутать кто из вас кто.
— Долго еще?
— Нет, уже подъезжаем, а там пройдемся пешком. Вон, видишь, начинается лес.
Город закончился резко. Раз — и колея монорельса утонула в зелени густой листвы. Два — и вагон снова вынырнул под солнце саванны, а я смог сполна насладиться зрелищем природы иного мира. Если только что у домов росли привычные привезенные колонистами клены и каштаны, то дальше возвышались дикие великаны Джайтерры — блуждающие деревья, по сравнению с которыми даже земные баобабы выглядели, словно морская свинка рядом с диким кабаном. За каждым из этих гигантов тянулась колея вспаханной земли.
Блуждающие деревья постоянно перемещаются в выбранном направлении в поисках лучшего места для обитания. Медленно, но неустанно и неотвратимо, словно айсберги в океане.
От нескольких гигантов, подобравшихся слишком близко к городу, остались лишь пни.
— Впечатляет, да? — произнес Валеран.
