Парень заплакал, увидев, что Марк приближается к нему. Марк ел глазами его ужас, у него голова закружилась от удовольствия.
Трубка молчала.
- Марк! - затрясся Дэйв, упал вместе со стулом, и хрустнула кость - он сломал руку в запястье. Его крик несколько раз эхом пронесся внутри Марка. - Бетти!
Трубка молчала.
"Я же знаю, ты - трусишка".
- Марк!..
Выстрел. Заряд наслаждения прошел по телу, он знал ведь, что будет так!
- Что, Марк, понравилось? - спросила Бетти.
Вот теперь ему стало страшно, но уже было поздно.
***
Элизабет погладила трубку телефона и отодвинула его в сторону. Она бегло перечитала отчет Аксенова, но сосредоточиться не смогла.
- Я поднимусь к себе, - сообщила она Ольге и ушла.
Она села в огромное кресло и задумалась: была ли она связана душой с Марком в момент убийства? Нет, все-таки не была. Она знала, что он, больной человек, получил удовлетворение, но ей не нравится сам процесс убийства. Просто ей надо было, чтоб убили именно Дэйва.
Наконец она избавилась от него! Отцовская гордость, любимый ребенок! А на деле оказался не способен защитить себя.
Один пункт выполнен. Скоро она станет председателем, и останется сделать самую малость.
На следующий день Элизабет и Марк договаривались по телефону, вися на проводе целыми часами, прежде чем пришли к единому мнению.
- Бетти, ты же в курсе, что народ разнесет Львиный город, если перестанет пить таблетки и ответит на призыв оппозиции! Ты станешь первым врагом!
Она подумала, но мнения не изменила.
- Ну, пусть. Зато и тебе придется не весело, а это главное.
- Что я тебе сделал?!
Ах, мерзавец, забыл?! Он и этот слюнявый пес хорошо испортили ей юность! Но всему свое время...
- И с чего это мне верить, что я - отец тех щенков?
- С того, что это черным по белому написано.
У Элизабет было одно достоинство - она никогда не врала, Марк знал.
- Ты отдашь мне все документы.
- Ну, уж нет!
- Ладно, согласен, - процедил Марк, у него не было выбора.
- Займись подготовкой указа, - приказала Элизабет. - Жду документ на подпись в ближайшие три дня. Меня не волнует, что успеть будет трудно!
Она победила еще один раунд.
***
Келли лежала на боку и грелась под лучами солнца после купания. Здесь было теплее и светлее, чем в Нью-Тауне летом. В небе больше сини, в воздухе больше соли и меньше озона. Непривычное ощущение свободы пришло как неожиданное богатство: что с ним делать? Деньги тоже не на что было тратить.
Келли замирала с холодком в груди, когда Джон нырял под воду. Он был неутомим, а она уже давно устала, так и не научившись плавать вразмашку.
- Джон!
Мужчина подплыл к берегу, немного подразнил ее намеренной медлительностью, но все же вышел из воды и лег рядом. Нагретый песок привел его в блаженство.
- Давай сходим в горы? Не сейчас, а как-нибудь в другое время.
За поселком и беспорядочно росшими деревьями громоздилась цепь гор с острыми пиками.
- Я смотрю туда, и кажется, будто они что-то прячут за спинами, - улыбнулась она. - Знаю, знаю, что небо там не сходится с землей! Просто настроение такое... - она смутилась и отвернулась к морю.
- Тебе по вкусу высота и небо, а не вода.
- Оказывается, так. Скучаю по высоте, к своему удивлению... Я люблю смотреть из окна. Иногда кажется, что лежишь в облаке, недосягаемая. А порой хочется по-детски протянуть руку, оторвать кусочек и попробовать облако на вкус, оно же так похоже на сахарный десерт. Представляешь?
Он приподнялся и поцеловал ее в шею.
- Нет, но ты рассказываешь интересные сказки.
Она бросила ему в грудь горсть песка, и Джон поймал ее за руку.
- Значит, сходим в горы! Надо успеть перед моим отъездом.
Келли только было обрадовалась, но потом поняла смысл.
- Разве ты хочешь уплыть без меня?
Они сели друг перед другом, игнорируя, что больно колет коленки.
- Здесь ты в безопасности. ОП неизвестно, что ты улетела из города. Может, они еще не знают, что остров - твой.
- Был - моим.
- Пусть так.
- Я не останусь без тебя! - решила Келли.
- Так будет лучше, Келли! Сейчас перед нами самые трудные задачи: получить корабль и посадить на него людей; а еще - отдать за корабль должное. Когда это случится, львы рассвирепеют, они возьмутся за класс С, вот увидишь!
- Но ты же будешь там!
- За себя-то я не боюсь.
- Ах ты, черт возьми!
Она уселась ему на колени и схватила за плечи.
- Вот теперь ты не имеешь права так говорить, понимаешь? Теперь ты - мой! - с хрипом, с долгой гласной протянула она последнее слово, как песню с интонацией боли. - А если ты не чувствуешь этого, то все - зря! - она подняла ладонь перед его лицом, имея в виду кольцо и их странную свадьбу. - Да? Отвечай!
Джон откинул волосы с ее лица, и понял, что не сможет уехать один, как она и говорит. Да, безопасней было бы ей остаться, но они не смогут поступить как надо против того, как хочется.
- А Спрэг?