При такой куда более управляемой численности, однако, мы сможем пользоваться всеми плодами прогресса, а также мудростью, позволяющей держать наше присутствие под контролем. Эта мудрость придет отчасти от потерь и вымираний, которых мы уже не можем предотвратить, но также и от растущей радости от взгляда на мир, становящегося с каждым днем все прекраснее. Доказательства не станут прятаться в статистике. Они будут за каждым окном, где свежий воздух с каждым годом все больше полнится голосами птиц.
Если же мы на это не пойдем и таким образом позволим нашей численности вырасти еще раз наполовину, как это предполагается, смогут ли наши технологии растянуть ресурсы еще больше, как это происходило некоторое время в XX веке? Мы уже слышали о появлении роботов. Расслабившись на палубе «Уайт Холли», наблюдая за проплывающими мимо акулами, микробиолог Форест Ровер натыкается на еще одну теоретическую возможность:
«Мы можем попробовать использовать лазеры или похожие лучи волн материи, чтобы удаленно построиться на других планетах или в других солнечных системах. Это будет много быстрее, чем посылать туда кого-нибудь. Может быть, мы сможем запрограммировать человека и создать его в космосе. Науки о жизни, быть может, снабдят нас такими возможностями. Не знаю, позволит ли физика. Но речь идет лишь о биохимии, так что нет причин, почему мы не смогли бы.
Если, конечно, – допускает он, – нет того, что именуют искрой жизни. Но придется пробовать нечто подобное, так как нет доказательств, что мы действительно можем переместиться туда за разумный промежуток времени».
Если мы сможем это сделать – найти где-нибудь достаточно большую для всех нас плодородную планету, голографически клонировать наши тела и перегрузить мысли через световые годы, – со временем Земля будет прекрасно себя чувствовать без нас. В отсутствие гербицидов сорняки (иначе именуемые биоразнообразием) заполонят наши промышленные фермы и огромные монокультурные коммерческие плантации сосны – правда, в Америке некоторое время большая часть сорняков будет кудзу. Это растение появилось примерно в 1876 году, когда его завезли из Японии в Филадельфию в качестве подарка США к столетию, и со временем кто-нибудь научится им питаться. А пока, без садовников, бесконечно выпалывающих это жадное растение, задолго до того, как пустые дома и небоскребы городов юга Америки падут, они могут исчезнуть под ярким глянцево-зеленым фотосинтезирующим одеялом.
С конца XIX века, когда, начав с электронов, мы дошли до управления самыми основополагающими частицами вселенной, человеческая жизнь менялась очень быстро. Одним из показателей этой скорости может служить то, что немногим более столетия назад – до изобретения радио Маркони и фонографа Эдисоном – вся музыка на Земле исполнялась исключительно вживую. Сегодня – лишь крохотная доля
Эти радиоволны не умирают – подобно свету, они путешествуют. Человеческий мозг также испускает электрические импульсы на очень низких частотах: похожие (только слабее) на те радиоволны, которые используются для связи с подводными лодками. Однако экстрасенсы настаивают, что наши мозги способны передавать сигналы, и, при дополнительных усилиях, фокусироваться, подобно лазерам, и общаться на огромных расстояниях, и даже заставлять события происходить.
Это может казаться притянутым за уши, но так же выглядит определение молитвы.
Эманации наших мозгов, подобно радиоволнам, также должны продолжать движение – куда? Пространство сейчас описывается как расширяющийся пузырь, но эта архитектура все еще только теория. Двигаясь вдоль великих и таинственных кривых межзвездного пространства, можно предполагать, что волны наших мыслей могут со временем найти дорогу обратно.
