Пока мы шли, успел наступить полдень. То есть прошло коло десяти часов беспрерывного пути. Даже я устал, что уж говорить о других. Многие сдавались, оставаясь позади. Мы их не принуждали идти дальше. Это был их выбор.
Слегка поредевшая группа таки добралась до места назначения — большого города с каменной стеной, стоящего вне леса, на равнинных лугах. На небе не было ни облачка, Сельн ярко светил и согревал кожу. Лето…
Сам же город выглядел странно… тихо. Восстание проходило ночью, так что есть лишь 2 варианта, почему так тихо — победили стражи или победили рабы. Учитывая, что штаб гонит нас сюда, второе более вероятно.
И… мои предположения подтвердились. Только-только мы подошли достаточно близко. Как Уильям и МП5 остановили толпу и пошли вдвоем к воротам, из которых навстречу также вышел эльф. Подняв над головой передатчики в качестве опознавательного знака, они быстро договорились о чем-то, после чего Уильям вернулся и повел нас внутрь.
На стенах стояли мужчины и женщины с арбалетами. Внутри же явно все были на нервах. На улицах виднелись лишь рабы, что можно было понять по соответствующей одежде. Двери домов были закрыты, а окна заставлены чем-то массивным по типу шкафов. Наверняка в них есть люди, прячущиеся от Восстания, что буквально захватило целый город. Вау… Как они это провернули?
Идя по главной улице, мы то и дело озирались по сторонам. На нас же также смотрели окружающие, явно приветствуя наше освобождение и иногда даже лично поздравляя. Атмосфера хоть и мрачная, но приятная, я бы сказал тревожно-оптимистичная. Дойдя до главной площади, мы остановились, а наши неизменные проводники ушли с кем-то договариваться и, вероятно, отчитываться о миссии.
Спустя около десяти минут они вернулись и стали вести нас дальше, к другой площади, на которой был развернут палаточный лагерь, а окружающие дома явно были населены нашими людьми. С десяток членов Восстания подошли, чтобы расселить нас по палаткам и домам. Временно, я так понимаю, потому что удобств было крайне мало, лишь самое необходимое. Уильям же подошел к нашей троице, пока не забрали в одну из палаток.
— А с вами будет разговор отдельный. Попытаюсь выпросить сдвиги в очереди на отправление.
— Отправление?
— Не здесь. Отойдем и расскажу.
И он нас повел дальше, в совсем другую часть города. Случайных зевак становилось все меньше, однако чувствовались постоянные хлопоты. Все время кто-то куда-то бегал по делам, прямо на улице люди могли переговариваться по каким-либо делам Восстания. Мы же остановились в одном из переулков. На земле было довольно чисто, однако виднелась некая потрепанность.
— Здесь можем поговорить нормально, — начал Уильям тихо, — С побегом наблюдаются серьезные трудности. Один из кораблей оказался уничтожен, потому город не справляется с потоком прибывающих. В первую очередь эвакуируются важные и полезные люди, как бы холодно не звучало, но так и есть. Я постараюсь подвинуть нас в очереди на посадку, но не обещаю, что получится.
— Вы отбираете людей по «полезности»? — практически выплюнула последнее слово Зоя. Её явно не радует такая ситуация, так как главный лозунг Восстания — Свобода для всех, независимо ни от чего, — а теперь получается, что не для всех, а лишь для «полезных»? Я понимаю, что мы входим в эту категорию, но неужели Восстание изменяет своим собственным принципам?
— Мы вынуждены. Прости. Банально не хватает транспорта, из-за чего сильно отстаем от графика. Люди ждут отправления больше пяти часов, а эльфы могут нагрянуть в любой момент. Именно поэтому я хочу продвинуть вас ближе. Иначе
— Но если мы уплывем раньше, то кто-то другой потеряет свое место. Они могут умереть по нашей вине, хотя должны были выжить. Разве мы можем обречь невинных людей на гибель? А если у них здесь любовь, семьи? — продолжила она, настаивая на своих словах.
— ВЫ мои друзья. Я НЕ могу допустить, чтобы ВЫ умерли так глупо, просто не дождавшись своей очереди, — твердо, повышая голос, делая акцент на словах и сильно жестикулируя ответил Уильям, — люди эгоисты, Зой. И я эгоист. Ваша жизнь и моя собственная для меня важнее, чем жизнь случайного человека, которого я никогда не видел. Была ли вам важна жизнь ребенка из Африки там, на Земле? Сомневаюсь. Вы о них и не вспоминали, пока вам не напомнят. Прости, если это прозвучит слишком холодно, но я готов пожертвовать чужими жизнями ради нашей собственной. Даже жизнями союзников, — намного тише и угрюмо продолжил он.
— Н-но…
— Никаких но. Я так решил, что вы обязаны выжить. И я пойду по намеченному пути. Я больше не простой вербовщик, единственными заданиями которого являются поиск перспективных людей и организация Восстания на местном уровне. Я больше не просто винтик в огромном механизме. У меня появились привязанности, и я намерен держаться за них до последнего. Я все сказал, Зой, ты меня не отговоришь. Пошли, — твердо закончил он, направившись на выход из переулка. Зоя могла лишь подавить внутреннее сожаление и принять суровую реальность.
