— Меня начинают пугать уже одни расстояния, — признался Юэн. — Может, по всему Казахстану дороги такие же отвратительные. Откуда нам знать? А ведь впереди у нас еще Монголия, где дорог просто нет, а затем Сибирь и Дорога Костей. И как, интересно, мы будем справляться с этим изо дня в день? Я так понимаю, нормального асфальта уже больше не предвидится, так?
— Так-то оно так, но ведь грузовики ездят от Волгограда до Алматы, — ответил я, — а раз сможет проехать грузовик, то должны и мы, разве нет? Во всяком случае, пока погода держится…
Во время нашего разговора на борт поднялся инспектор рыбнадзора, с сигаретой в уголке рта и темных очках. Он пришвартовал свой катер и весьма эффектно перепрыгнул к нам на палубу. Умеют некоторые люди себя подать.
Инспектор взял нас к себе на катер и стал носиться по Каспию в поисках браконьеров. Это не заняло много времени. Браконьеры, одетые в куртки цвета хаки и плотные кожаные шапки с опущенными ушами, завязывавшиеся под подбородком, ловили в море с лодки, битком забитой осетрами. Злоумышленники совершенно не раскаивались.
— Осетр — наш хлеб, наша жизнь, — говорили они. Уверенные, что у них есть право ловить в море рыбы сколько влезет, браконьеры даже пользовались GPS-навигаторами, чтобы обозначать места установки сетей и ночью возвращаться за трофеями. После непродолжительных поисков мы обнаружили одну такую сеть с попавшимся осетром. Нам очень понравилось высвобождать чешуйчатую доисторическую рыбу и отпускать ее в море.
Юэн: Надеясь избежать очередного полицейского эскорта, мы встали на заре и отправились в путь рано утром, но не тут-то было. Полицейский поджидал нас в машине, на сиденье рядом с ним обнаружились бутерброды и термос чая. Так что мы покинули Атырау таким же образом, как и прибыли. На окраине города полицейский остановился, пожал нам руки и указал поворот налево, в Дозу. Мы рванули вперед, счастливые, что снова в дороге, ни о чем не беспокоясь и надеясь лишь на лучшее. Довольно скоро мы доехали до Дозы: захудалый городишко, где дорога была залита водой и превратилась в трясину. Посреди города Чарли свернул налево, на дорогу, сплошь усеянную рытвинами.
— Не знал, что нужно ехать сюда, — сказал я. — Ты уверен?
— Вроде так, если верить моему GPS, — отозвался Чарли. — Блин, если вся дорога будет такой, нам крышка!
Через какое-то время грязь кончилась. Теперь под колесами у нас был асфальт, хотя и весьма разбитый.
— Пока ничего, — прокомментировал я. — Но никак не могу отделаться от чувства, что эта безопасность обманчива. — Около восьмидесяти километров я наслаждался ездой, маневрируя меж выбоинами, словно играл в компьютерную игру. Я оказался в безмятежном пространстве, где все замедлилось, и в голову хлынули всякие мысли. Мы летели ясным морозным утром по пустыне. Я не сомневался, что запомню эти картинки на всю оставшуюся жизнь.
— Ты только глянь на тот грузовик! — прозвучал голос Чарли по рации. — Последние несколько грузовиков, что я здесь видел, были заляпаны грязью. Почти до самой крыши. Не знаю, в чем тут дело, но боюсь, нам это не сулит ничего хорошего!
Вскоре мы убедились в справедливости его предчувствий, когда прибыли в очередной неописуемый городишко. Он по колено утопал в грязной жиже. Остановившись для определения координат, мы буквально через несколько секунд были окружены толпой мужчин и подростков, каждый из которых предлагал свой путь до Актобе. Решив последовать указаниям пожилого мужчины, мы вскоре оказались в тупике на окраине города, утопая в вязкой и скользкой грязи, рядом с железнодорожной веткой, среди брошенных ржавеющих грузовиков и пустовавших бетонных зданий. Сначала упал Клаудио, потом поскользнулся и я. Снова набежали местные и опять загалдели, теперь показывая уже в совершенно противоположные стороны, — Вот гребаные дороги! — выходил из себя Чарли. — Господи! Если они и дальше будут такими же, нам придется выбираться отсюда до скончания века.
Грязь — худший кошмар байкера. Единственный способ продраться через нее — газовать, стоя на пегах, чтобы сохранять равновесие между задним колесом для сцепления с землей и передним для управления. Достаточно хоть немного качнуться, и ты падаешь в грязь. Раньше мы думали, что на мотоциклах это проще, чем в машине — но в машине нельзя упасть. Мы вернулись в центр города, слезли с мотоциклов и стали ждать прибытия группы поддержки. Однако, когда они появились и выбрались из внедорожников, даже Эрик не смог разобраться в направлениях. В конце концов, мы позволили местным проводить нас до окраины города и снова оказались на открытой дороге. Через несколько километров при прохождении поворота Клаудио потерял управление. Он с грохотом упал, и заднюю часть мотоцикла сильно прокрутило. Я понял, что наш оператор еще дешево отделался: он ведь мог пострадать сам и повредить мотоцикл. Клаудио медленно поднялся, держась за бока.
— Я в порядке, — успокоил он нас. — Болит, но вполне терпимо.