С присущей живостью Эзра легонько подтолкнул меня к столу и быстро занял место возле Айшы. Мне не оставалось ничего иного, как устроиться рядом с Визирем. Он всё ещё смотрел на меня, и я решила не притрагиваться к печеньям, если не хочу подавиться.
— Значит, вам понадобилось осмотреть комнату моей дочери? — спросил халиф. — Зачем? Ваши коллеги уже осматривали её несколько дней тому назад.
— То были другие сыщики, — Эзра сверкнул клыками в широкой улыбке. — Следствие зашло в тупик, повелитель, поэтому подключили нас, лучших специалистов.
— Но сыщик аз-Масиб утверждал, что лучший он, — медовым голоском заметила Айша.
— Он польстил себе, — соврал гуль без зазрения совести.
— Как интересно! — заулыбалась царица.
Халиф поморщился и тяжело вздохнул. Уж больно неудачный повод для восторгов нашла его жёнушка.
— Осматривайте, не возражаю, — невесело согласился он. — Но только после того, как позавтракаете с нами.
Отказываться не стали. Лапши из чайханы дяди Иеремии не хватило, чтобы насытиться, поэтому я с благодарностью принялась за пахлаву и финики. Если не смотреть налево, неподвижный Визирь не так уж сильно бросается в глаза.
Пропажа дочери по-настоящему печалила халифа Мунтасира Четвёртого, тень Бога на земле и какого-то там владыку. Горе, проступавшее на его лице, не было поддельным. Да и зачем ему притворяться?
— У вас уже есть версии? — спросил он с надеждой. — Госпожа Хатун докладывает мне о состоянии расследования каждые шесть часов, уверяет, что делает всё возможное, но мне недостаточно. Лейла никогда в жизни не покидала дворца, она, должно быть, просто в ужасе!
Эзра буркнул что-то маловразумительное. Нормально ответить ему помешал большой кусок рахат-лукума во рту. Чтобы не возникло неприятной паузы, вступить в разговор решила я. Мы с напарником в равной доле новички в сыскных делах, хуже не сделаю.
— Мы как раз прорабатываем одну из них. А пока нам бы хотелось немного узнать о Лейле. Вы… — Как к нему обращаться-то? — Повелитель, вы не могли бы рассказать о ней, её характере, привычках?
Действительно, я уже второй день бегаю в поисках принцессы, но при этом совершенно ничего о ней не знаю.
— Лейла очаровательная дева и прекрасная дочь, — ответил Мунтасир, доставая из внутреннего кармана золотой медальон с изумрудами. — Смотрите.
Я взяла драгоценность, внимательно следя за тем, чтобы ненароком не коснуться пальцев халифа, и открыла крышечку. С маленького портрета внутри на мир смотрела миловидная улыбчивая девица. Не особо красивая, но личико пикантное.
— Оставьте себе, — халиф равнодушно махнул рукой. — Моя девочка избалована, своевольна, самонадеянна и упряма, однако у неё добрая душа. Даже слишком добрая для статуса наследницы Мирхаана. Надеюсь, она выйдет замуж за достойного человека и родит сына, прежде чем взойдёт на престол.
— Надежды здесь неуместны, повелитель, — возразил Визирь, впервые нарушив своё молчание. Его голос оказался под стать взгляду — холодный и цепкий. — Я не раз приводил доводы, почему вам стоит выдать её замуж как можно скорее.
— Почему же? — я не удержалась от вопроса.
— В противном случае она сама выберет мужа. Учитывая её характер, скорее всего он окажется таким же мягкосердечным, и они оба приведут халифат к катастрофе. Повелитель, если позволите, я ещё раз предоставлю вам список идеальных кандидатов на престол Мирхаана.
А Визирь-то, оказывается, жёсткий сторонник браков по расчёту. Интересно, кого он прочит в мужья Лейле? Собственного сына?
— Не надо, Константин, — устало попросил халиф. — Я обещал, что не выдам её замуж против воли.
Айша закивала, безоговорочно поддерживая мужа:
— Брак без любви станет для Лейлы сущим наказанием, он потушит огонёк жизни в её душе. — Нежный взгляд царицы устремился на Мунтасира, безмолвно говоря, что она-то как раз вышла замуж исключительно по зову сердца. — Лейла впечатлительная натура. Она обладает великолепным чувством стиля, обожает музыку, пение, танцы, рисование…
Эзра не хотел мне мешать, или же рахат-лукум оказался настолько вкусным, что не позволил ему отвлечься даже ради столь важного дела, как наше расследование.
— У Лейлы есть близкие друзья?
— Не уверен, — после продолжительной паузы ответил халиф.
— А враги?
— О, Всевышний, разве вы не слышали, какая Лейла очаровательная дева и прекрасная дочь? Откуда у неё могут быть враги? Тем более, во дворце. Враги есть у меня! Лимийское Царство пойдёт на что угодно, лишь бы вынудить Мирхаан, да стоит он вечно, подписать мирный договор. Это они! Они украли мою доченьку…
В уголках глаз халифа блеснули слёзы. Айша мягко положила ладонь на его локоть и успокаивающе похлопала.
— Мы не можем быть уверены в этом до конца, повелитель, — заговорил Визирь. — Ни один из их послов до сих пор не сознался.
Мунтасир резко ударил кулаком по столику:
— Так сознаются! Прикажи усилить пытки.
— Всё, что пожелаете.
