Из-за этих постоянных ссор Матео был всегда мрачен и зол. Это вызывало неудовольствие Амадео.
- Ты думаешь не о работе, а только о Жулнане! Или - о Розане! У тебя всё валится из рук. Зачем мне нужен компаньон, от которого нет никакого толку?
Матео не чувствовал за собой вины и считал, что Амадео просто к нему придирается.
- Ты совсем озверел с той поры, как женился на Ортенсии и прибрал к рукам её денежки! - сказал ему однажды Матео, не сдержав эмоций.
Амадео же, как потом выяснилось, только и ждал подобного срыва от Матео, чтобы расторгнуть с ним договор и быть единоличным, полновластным хозяином строительной фирмы.
- Я женился на Ортенсии по любви, а не по расчёту, - заметил он, делая вид, что сильно обиделся на Матео. - Но мне действительно повезло разбогатеть, и это полностью изменило прежних расклад. Я хочу, чтобы ты вышел из нашего дела, и готов хоть сейчас выкупить твою часть акций! Теперь моим компаньоном будет Ортенсия! А ты… не останешься на улице, будешь работать здесь же, только - как мой подчинённый.
- Как ты великодушен! - саркастически усмехнулся Матео.
- Мне не нравится твой тон, - нахмурился Амадео. - Ты же знаешь, что правила игры всегда диктует тот, у кого есть деньги. Сейчас они есть у меня, и я вообще мог бы с тобой не церемониться.
- А ты… церемонишься?!
- Остав эти издёвки при себе! Я предложил тебе хорошую цену за акции. Ты согласен их продать?
- Я готов сделать всё, что угодно, лишь бы никогда больше с тобой не работать! - заявил разозлённый Матео.
Лишившись работы и потеряв друга, он пошёл со своей бедой к Жулиане. И она пожалела его.
- Ты можешь не ходить сегодня в свою комнату. Спи со мной. Только не трогай меня.
Это был первый шаг к их последующему примирению. Прощённый Жулианой, Матео воспрянул духом и стал искать новую работу.
А вот у Амадео вскоре после их разрыва начались серьёзные неприятности: его стали вызывать в полицию по делу об убийстве Эрнандеса.
- Но разве убийца - не тот тип, который во всём сознался? - спросил Амадео следователя, и Эриберту весьма огорчил его своим ответом:
- Это признание очень похоже на самооговор.
- Но, какой же, нормальный человек станет такое на себя наговаривать! Он что, сумасшедший?
- Нет. Но иногда люди берут на себя чужую вину, если взамен им предлагают деньги. А у Жануариу были долги, и немалые, с которыми он не так давно полностью расплатился! Интересно, откуда бы он мог взять сразу столько денег, как вы полагаете?
- А я почём знаю! Я даже не был знаком с этим Жануариу!
- Зато вместе с ним одно время работал Антониу - ваш теперешних шурин.
- Ну и что? Мало ли с кем нам иногда приходится работать.
- Это верно, - согласился Эриберту. - Однако есть свидетель, видевший, как Антониу беседовал с Жануариу незадолго до этой странной явки с повинной. Вам известно, зачем мы они встречались?
- Нет. Но я думаю, это произошло случайно. Встретились на улице, поговорили о том, о сём и разошлись.
- Возможно, - не стал возражать Эриберту. - Вы можете быть свободны. А с сеньором Антониу я сейчас побеседую отдельно…
Жулиана и Матео ещё не успели окончательно помириться, как на них обрушилось страшное горе. Всё произошло стремительно: вечером у Хуаниту поднялась температура, утром его отвезли в больницу, а спустя сутки он умер от дифтерии, которая в те времена считалась болезнью неизлечимой.
Эта непоправимая утрата вновь сблизила Жулиану и Матео. Объединённые общим горем, они теперь держались вместе, хотя их страдания от этого и не становились меньше. Особенно трудно им пришлось в первые дни после похорон, когда они безутешно плакали в своей опустевший комнате, где не было даже Аниньи, потому что Марко Антонио увёз её к себе, опасаясь инфекции.
Но вот опасность миновала, и он снова вернул девочку Жулиане, преодолев упорное сопротивление Жанет, которая боялась, что в условиях пансиона её внучка не будет застрахована от печальной участи, постигшей Хуаниту. И хотя Марко Антонио тоже тревожился за судьбу дочери, он не мог проявить жестокость к Жулиане, да ещё теперь, когда она лишилась сына.
С возвращением Аниньи жизнь Матео и Жулианы понемногу стала входить в прежнее, нормальное русло. Заботы о единственном оставшемся у них ребёнке в какой-то мере заслоняли собой ту неизбывную печаль, которая вошла в их дом со смертью Хуаниту.
Жулиана теперь не брала дочку на фабрику - за ней присматривал безработный Матео, и надо было видеть, с какой нежностью он прижимал к себе девочку, не будучи её родным отцом.
А когда ему надо было отлучиться из дома в поисках работы, Анинью брали к себе Ортенсия и Долорес, которым эта малышка тоже отчасти заменяла Хуаниту. Разрыв с Амадео никоим образом не повлиял на отношение Матео к этим женщинам, отдавшим свою любовь Хуаниту на протяжении всей его столь короткой жизни.
Однажды, когда Матео и Ортенсия кормили Анинью, в комнату тихонько постучалась Розана.
Матео встретил её холодно:
- Тебе не следовало сюда приезжать.
- Я только на минутку! Мы все переживаем из-за того, что случилось с твоим сыном…
