Пока родственники Розаны всячески обхаживали Матео, надеясь вернуть его в свою семью, Франческо и Марко Антонио тоже времени зря не теряли, применяя похожую тактику по отношению к Жулиане.
Франческо устроил ее работать на макаронную фабрику, Жулиана почувствовала себя увереннее, да и Паола была ею довольна. Вот только дорога от пансиона до фабрики была неблизкой, и Жулиана даже несколько раз опоздала на работу. Паола отнеслась к ее опозданиям снисходительно, а Марко Антонио не замедлил воспользоваться этим для дальнейшего сближения с Жулианой.
Он решил снять ей квартиру где-нибудь подальше от пансиона, а значит, и от Матео. Но не сам, а с помощью Франческо.
— Ты поговори с ней, пожалуйста, — попросил он отца. — Пусть Жулиана думает, что идея с переселением пришла в голову не мне, а тебе. Иначе она может воспротивиться.
Франческо счел его опасения вполне оправданными и ласково, по-отечески предложил Жулиане переехать из пансиона Долорес поближе к месту работы.
Она отрицательно покачала головой.
— Нет, не смогу. Я и сама уже об этом думала, но мне не с кем будет оставлять дома Хуаниту. В пансионе за ним присматривают и Ортенсия, и дона Долорес..
— Для Хуаниту мы найдем хорошую няньку, я сам буду выплачивать ей жалованье!
— Нет, Матео с этим никогда не согласится. А мне такие расходы будут не по силам. Ничего у нас не получится, сеньор Франческо.
— А ты все же подумай, не спеши отказываться. Помоему, ходить на работу пешком гораздо приятнее, чем каждое утро ездить в переполненном трамвае через весь город, да еще и с ребенком на руках.
— Конечно, лучше, я не спорю.
— Ну так соглашайся! А я ведь имею право взять няню для своей внучки, не так ли? — хитровaтo усмехнулся Франческо. — И тут уж Матео не посмеет мне возразить. К тому же какая для него разница, с кем будет оставаться дома Хуаниту — с Долорес или с любой другой женщиной!
Его доводы показались Жулиане убедительными. Но когда она сказала о своих планах Матео, тот заявил, что не позволит ей увезти сына.
— Хуаниту останется здесь, со мной! Не затем я так долго искал его, чтобы сейчас разлучиться с ним!
— Это шантаж? Неужели ты способен на такую низость? Марко Антонио повел себя намного благороднее, позволив Анинье жить со мной.
— А я и не собираюсь соревноваться с ним в благородстве, — отрезал Матео. — Ты уйдешь из пансиона только вместе со мной! Это мое последнее слово!
Уходить с ним еще раз куда-либо Жулиане вовсе не хотелось. Они и здесь-то не ужились вместе! Их любовь не выдержала проверки на прочность — дала трещину, которая с течением времени только увеличивалась. Все события, происХодившие после их первой ссоры, так или иначе оборачивались против них, становясь очередным поводом для конфликта.
Когда Матео получил деньги от Гумерсинду и принес их Жулиане, надеясь ее обрадовать, она восприняла это как личное оскорбление.
— Тебя подкупают! Прикармливают! А ты несешь эти грязные деньги мне? Катись-ка ты отсюда вместе с ними!
— Эти деньги я заработал на фазенде потом и кровью!
— Ну да, ты не жалел там сил, чтобы выслужиться перед своим тестем — кофейным бароном!
— Отец твоего мужа тоже не из бедняков, но его деньги устраивают тебя, потому что их приносит Марко Антонио. Я все понял!
Так, незаслуженно обижая друг друга, они ругались до тех пор, пока не начинали плакать дети. Это в какой-то мере отрезвляло Жулиану и Матео. Они умолкали, потом расходились по разным комнатам, но горечь взаимных обид накапливалась, отравляя их любовь и делая невыносимым совместное проживание под одной крышей.
Из-за этих постоянных ссор Матео был всегда мрачен и зол. Это вызывало неудовольствие Амадео.
— Ты думаешь не о работе, а только о Жулиане! Или — о Розане! У тебя все валится из рук. Зачем мне нужен компаньон, от которого нет никакого толку?
Матео не чувствовал за собой вины и считал, что Амадео просто к нему придирается.
— Ты совсем озверел с той поры, как женился на. Ортенсии и прибрал к рукам ее денежки! — сказал ему однажды Матео, не сдержав эмоций.
Амадео же, как потом выяснилось, только и ждал подобного срыва от Матео, чтобы расторгнуть с ним договор и быть единоличным, полновластным хозяином строительной фирмы.
— Я женился на Ортенсии по любви, а не по расчету, — заметил он, делая вид, что сильно обиделся на Матео. — Но мне действительно повезло разбогатеть, и это полностью изменило прежний расклад. Я хочу, чтобы ты вышел из нашего дела, и готов хоть сейчас выкупить твою часть акций! Теперь моим компаньоном будет Ортенсия! А ты... не останешься на улице, будешь работать здесь же, только — как мой подчиненный.
— Как ты великодушен! — саркастически усмехнулся Матео.
— Мне не нравится твой тон, — нахмурился Амадео. — Ты же знаешь, что правила игры всегда диктует тот, у кого есть деньги. Сейчас они есть у меня, ия вообще мог бы с тобой не церемониться.
— А ты... церемонишься?!
— Оставь эти издевки при себе! Я предложил тебе хорошую цену за акции. Ты согласен иx продать?
— Я готов сделать все, что угодно, лишь бы никогда больше с тобой не работать! — заявил разозленный Матео.
