— Не надо об этом, прошу тебя! Нашего сына не вернешь...
— Ну да, теперь его нет, и тебя ничто со мной не связывает.
— Да как ты можешь такое говорить! — разозлился Матео. — Нас связывает общее горе! И та любовь, которая вспыхнула когда-то на корабле и потом вела нас через всю жизнь! Наша любовь для меня — все! Самое главное, самое дорогое. Я люблю тебя, Жулиана!
Она вытерла слезы и вдруг попросила его:
— А можно, я завтра пойду с тобой? Мы вместе погуляем с твоим мальчиком.
Ее просьба поставила Матео в тупик.
— Если Розана увидит тебя, то не отпустит Маринью со мной.
— А почему ты в этом так уверен? Она сама собирается гулять с вами?
— Нет. Просто я ее хорошо знаю.
— А если я подожду вас на улице – так, чтобы она меня не увидела?
— И тебя это не обидит?
— Нет.
— Ну хорошо, пойдем с тобой вдвоем, — уступил Матео.
— Спасибо, дорогой, — обняла его Жулиана. — После того как Господь забрал нашего Хуаниту, мне так хочется обнять твоего мальчика!
Согласно уговору Матео на следующий день отправился за сыном, а Жулиана ждала их в парке неподалеку. Но ее опасения оказались не напрасными: Розана действительно собиралась пойти на прогулку вместе с сыном и бывшим мужем.
Матео пришлось проявить твердость характера:
— Мы так не договаривались, Розана! Я хочу побыть с сыном наедине, пойми это.
— Я вовсе не навязываюсь тебе, но Маринью ни разу еще не выходил из дома с тобой. Он может испугаться, расплакаться. Я волнуюсь за него, — пояснила она.
— А ты не волнуйся. Если он начнет плакать, я сразу же привезу его домой.
— Ну хорошо, идите. Только не задерживайтесь надолго. Мы ждем вас к обеду.
Пока Матео разговаривал с Розаной, Гумерсинду тем временем отдавал распоряжения кучеру:
— Никуда не отлучайся, Жувенал! Сейчас мой внук и этот чертов зять выйдут из дома, ты посадишь их в экипаж и немного покатаешь. Далеко не уезжай и следи за всем, что будет происходить! Потом доложишь мне.
Выполняя поручение хозяина, Жувенал внимательно наблюдал за тем, как малыш резвился на траве, играл в прятки и катался на карусели вместе с Матео и Жулианой. Ничего предосудительного кучер в этом не усмотрел и, когда Розана попросила его подробно рассказать о прогулке, ответил просто:
— Да все прошло нормально, дона Розана! Мне показалось, вашему мальчику было хорошо с сеньорой Жулианой.
— Как? Она была с ними?! — негодующе воскликнула Розана.
Кучер растерялся:
— Я думал, вам это известно... Простите!
— Ты вез ее в нашем экипаже?
— Нет, она уже была в парке, когда мы туда приехали. И обратно я вез только Маринью и сеньора Матео.
— Так вот почему он отказался от обеда и не задержался. здесь ни на минуту! Мерзавец! Он посмел обмануть меня!
Розана была вне себя от гнева, но поскольку Матео успел уйти, то ей оставалось только возмущаться наедине с собой. Жаловаться на Матео Гумерсинду она не рискнула — это обернулось бы против нее. А разрядиться как-то надо было, и Розана поделилась своей неприятностью с Марианой:
— Ты представляешь, Матео взял Маринью и отвел его к проклятой итальянке! Вот подлец!
— Не надо так расстраиваться, — попыталась ее успокоить Мариана.
— Да как же тут не расстроиться? Ведь он не захотел брать меня с собой, потому что его там уже ждала другая!
— Эra другая совсем недавно потеряла своего ребенка, — напомнила Розане Мариана. — Вы хотели бы оказаться на ее месте?
— Нет! Конечно же, нет! Упаси Бог!
— Тогда не стоит и переживать.
— Но он не должен был брать с собой итальянку! Она все время крутилась там возле моего сына!
— Ну и что? Разве на Маринью это как-то сказалось?
— Да вроде бы нет. Он вернулся домой веселый, раскрасневшийся. Но я как вспомню, что она была там!...
— А вы не подумали, что должна была чувствовать эта бедная женщина, когда смотрела, как Матео играет с вашим сыном?
Розана лишь на мгновение мысленно поставила себя на место Жулианы и тотчас же воскликнула:
— Нет! Ей не позавидуешь! Ты, наверное, права, Мариана, я должна быть к ней более снисходительна.
— Ну слава Богу, что вы это поняли, — облегченно вздохнула Мариана.
— Да, я, кажется, и Матео поняла: он ее просто пожалел. Ты сходи, пожалуйста, к Жувеналу, попроси его, чтобы он ничего не рассказывал моему отцу о Жулиане!
С тех пор как родители Паолы, продав фазенду, поселились в ее доме, для Франческо там житья не стало. Его тесть сеньор Анаклето – желчный задиристый сицилиец каждый день изводил зятя своими грубыми, беспардонными нападками.
— Из тебя уже песок сыплется, — говорил он, — а ты все хороxоришься? Я удивляюсь, как ты, старый пень, еще сумел заделать ребенка моей дочери! Скорее всего она обманула тебя, рогоносца!
Дона Инес — женщина умная и тактичная — всякий раз шикала на мужа, а потом долго извинялась перед Франческо, но ему от этого было не легче. И постепенно он пришел к мысли о том, что должен переселиться со своей новой семьей в другой дом — более просторный и респектабельный.
— Я уважаемый человек, Паола, банкир. Иногда мне нужно принимать дома каких-либо важных клиентов, — пояснял он суть своего замысла жене. — Но как я могу встречаться с ними здесь, в этом доме?
