— Это еще не известно. Может, найдешь, а может, и нет, — возразила Жулиана. — Ведь нас там никто не ждет. Да и Марко Антонио не позволит мне увезти туда Анинью, а без нее я не поеду! Ну и, наконец, твой сын, Матео! Неужели ты расстанешься с ним и будешь спокойно жить, зная, что никогда больше не увидишь его?
— Нет, конечно. Это была ложная идея, — согласился Матео. — Надо искать работу здесь! Господи, неужели я когда-нибудь ее найду?
— Скажи, а ты не мог бы подавить в себе обиду и вновь пойти на строительство к Амадео? — спросила Жулиана, рискуя вызвать у Матео раздражение, а то и гнев, — Он же вроде не выгонял тебя. Ты сам ушел...
— Нет, я скорее встану спротянутой рукой на паперти или подамся в грабители, чем пойду на поклон к Амалео! — заявил он, и Жулиана оставила его в покое.
Между тем у Амадео дела шли тоже из ряда вон плохо. Строительные материалы приходилось покупать по баснословным ценам, затраты уже превысили возможную выручку от продажи еще не достроенного дома, но Амадео все же предпочитал закончить его и потом продать или сдать в аренду хотя бы и за бесценок, нежели заморозить строительство и вообще не получить ничего. Деньги у него пока были — покойный Эрнандес оставил Ортенсии неплохое наследство, которое сейчас и выручало Амадео.
Возможно, ему бы и удалось продержаться на плаву в течение всего кризиса, если бы подкупленный им Жануариу не запутался во время следственного эксперимента. Когда его привезли в квартиру Эрнандеса, он растерялся и не мог ответить, откуда, из какой точки произвел два выстрела. Потом показал, откуда выбрав это место наобум, и — не угадал, потому что не знал даже, где, в какой комнате была спальня Эрнандеса и где находилась та злосчастная кровать, на которой он якобы застрелил любовников. Еще менее убедительными выглядели его объяснения насчет пистолета. Жануариу знал от Амадео, что Эрнандес был застрелен из собственного пистолета, поэтому твердил одно и то же:
— Я вошел в спальню, увидел их в кровати, потом увидел пистолет на тумбочке, взял его и — убил! Они спали, поэтому не смогли оказать мне сопротивления.
— Первым вы убили Эрнандеса? — спросил Эриберту.
— Да.
— Но ваша жена должна была проснуться от выстрела.
— Совершенно верно, она проснулась, увидела меня и закричала. Но я тут же выстрелил и попал ей в грудь.
— А на самом деле она погибла от выстрела в спину. Что вы на это скажете?
— Да?.. Ну может, и так. Может, она успела отвернуться, а я не заметил.
— Вы можете узнать пистолет, из которого стреляли?
— Ну, они же все одинаковые!
— Назовите хотя бы тип оружия.
— Да я в пистолетах не очень разбираюсь.
— Вот как? А стрелять-то вы хоть умеете?
— Выходит, что умею, если убил двоих...
Эриберту предложил ему продемонстрировать это умение, и тут выяснилось, что Жануариу не знает элементарных вещей — как зарядить пистолет, как снять его с предохранителя, прежде чем произвести выстрел.
— Похоже на то, что вы сейчас впервые за всю жизнь держите в руках огнестрельное оружие, — заключил Эриберту. — Кто вас подкупил? Признавайтесь! Ломать комедию и дальше — бессмысленно. Вас будут судить за лжесвидетельство и пособничество убийце, но никак не за само убийство. И срок за такое преступление вы получите немалый!
— Я только защищал свою честь! — заученно пробормотал Жануариу.
— А где вы взяли деньги, чтобы расплатиться по долгам? Это ведь огромная сумма! Вы рассчитались со своими кредиторами и сразу же пришли с повинной. Кто вам дал столько денег?
— Тот испанец! Он заплатил мне перед смертью...
— Эрнандес? Но он же, по вашему утверждению, погиб не просыпаясь!
— Да, все так и было. А за него расплатился племянник, Тонинью.
Назвав это имя, Жануариу испугался, что сболтнул лининего, но уже было поздно — Эриберту ухватился за эту случайную поговорку:
— Антониу, насколько мне известно, никогда не имел таких денег. Откуда они взялись у него? Наследство получил не он, а сеньора Ортенсия. Говорите правду! Не надо усложнять себе жизнь!
П ритоа, како — Наверное, он взял их у Амадео.
Так было произнесено второе имя, а еще через несколько минут Жануариу сознался во всем:
— Это они — Антониу и Амадео — заплатили мне за то, чтобы я взял всю вину на себя. Кто-то из них двоих убил Эрнандеса!
Эриберту давно об этом догадывался, и более того — он практически не сомневался, что убийство совершил Амадео.
В тот же день Амадео был арестован.
Во время очной ставки с Жануариу он вел себя уверенно — мол, денег ему не давал, и все тут!
Но Эриберту был готов к такому повороту событий и еще раз опросил всех, кто проживал рядом с домом Эрнандеса. Одна женщина припомнила, что, проходя мимо этого дома, услышала звук, похожий на выстрел, долго оглядывалась по сторонам, но ничего странного не заметила и пошла дальше. А тут из дома Эрнандеса как раз вышел молодой красивый парень. Женщина хотела спросить у него, не слышал ли он выстрела, но парень шел быстро, похоже, куда-то торопился, и она не посмела его остановить. А он, вероятно, даже не обратил на нее внимания.
