Земля матерей полностью

Мимо них проносится на трюковом велосипеде девочка в канареечно-желтом шлеме, запрыгивает на бордюрный камень, и на какое-то мгновение Билли кажется, что это Коул, она хочет крикнуть ей вслед: «Остановись, подожди меня!» Ее пальцы ощупывают край клейкой ленты на голове. Ей больно. Она упала с велосипеда, а Коул уехала вперед, скрылась вдали, как всегда. Кто-то должен сходить и позвать маму. Но мама умерла. От аневризмы головного мозга, на диване, в возрасте пятидесяти трех лет. Нет, не так, это произошло много лет назад. Она больше не восьмилетняя девочка, которая отчаянно крутит педали, мчится сквозь зеленый тоннель, образованный палисандровыми деревьями, кишащими пчелами и усыпанными пурпурными цветками, стараясь догнать свою старшую сестру, которая не хочет ее подождать, не хочет дать ей шанс. Это не Йоханнесбург, тридцать лет назад. Это Солт-Лейк-Сити, сейчас. И папа тоже умер. Как и все остальные. Он записал прощальное видеопослание, в доме для престарелых в Кларенсе, куда перебрался, выйдя на пенсию. Это было ужасно грустно, твою мать, кучка стариков из города, собравшихся вместе со своими близкими, чтобы записать на видео «вечеринку на закате», пока рак еще не стал невыносимым, приковав их к постели. Билли даже не смогла досмотреть это до конца.

Сидя в библиотеке. Выходя в интернет с общественного компьютера, а не с телефона Зары, чтобы никто не смог их отследить. Билли понятия не имеет, как работает вся эта хакерская хренотень. Но она знает, что будет очень плохо, если они пересекут финишную черту на пути к Майлсу вторыми, за федеральными органами Соединенных Штатов.

Составляя электронное сообщение. Сосредоточиться трудно. Шрифт слишком мелкий, экран слишком яркий. В зале шумно; разве в библиотеке не должна стоять тишина? Билли пришлось дожидаться, когда освободится компьютер. Сейчас она зажата между тощей девчушкой-подростком, украдкой гуляющей по порносайтам, и потрепанной домохозяйкой, которая что-то вяжет, краем глаза смотря по «Ютубу» подборку каскадерских трюков, завершившихся неудачно. В детском читальном зале кто-то читает лекцию о безопасной для экологии утилизации бытовых отходов жадно внемлющим взрослым, неуютно ерзающим на маленьких стульчиках, с коленями, задранными до самых сисек. Обрывки лекции прерывают нить мыслей, а курсор мигает-мигает-мигает.

Эй, психосучка,

Догадайся, кто остался в живых?

Необходимо вести оборот посевных культур, чтобы не истощать в почве питательные вещества. Ей требуется время на восстановление.

Удалить. Удалить. Удалить. Попробовать снова.

Привет, жирный старый король Коул[26]!

Это я-а, Марио[27]!

Чтобы она чувствовала себя в безопасности. Прощенной. Тон – это главное.

– Честно-пречестно, – произносит Билли вслух, и сидящая рядом девица-порноголик имеет наглость повернуться и цыкнуть на нее.

Понюхать что-то в ванной, из серебряной шкатулки у Рико из куртки. Она держит шкатулку руками в своих радужных перчатках, вместе с соломинкой из нержавеющей стали, предназначенной специально для этого.

– Это кокаин?

Вкус у порошка дерьмовый, он обжигает Билли нос, покрывает слизистую оболочку горла химическим зловонием. Почище, чем от бомжихи.

– «Скорость»[28]?

– Риталин. Ты его уже принимала. Но так он действует лучше.

Что бы это ни было, у нее в голове становится светло и беспокойно. Ее наполняют нервы и силы. Сейчас она всем покажет, кто есть кто.

Билли снова проверяет страничку Коул в «Фейсбуке», перебирает различные пароли, пробуя войти в ее электронную почту. Кличка кошки, день рождения Майлса, годовщина свадьбы, любимое лакомство. Крем-карамель. Гастрономические предпочтения сестры весьма примитивные. Ничего. Билли перебирает подруг своей сестры, добавляет их себе в друзья, отправляет им сообщения с ловушкой, достаточно туманные.

Есть какие-либо новости от Коул? Я о ней тревожусь. Пожалуйста, передайте ей, что я пытаюсь с ней связаться. Срочно. Желаю всего хорошего.:)

Сообщение сестре, с нового адреса электронной почты на тот случай, если ее ящик взломан. (Неужели не осталось ничего сокровенного?)

Привет, чувиха!

Ух! Это я. У меня все ок. Прекрасно понимаю, что ты испугалась и повела себя так, как сочла нужным. Как Лизель Роджерс, помнишь?

Седьмой класс. Коул вообразила, будто Лизель пристает к ее сестре (на самом деле она ей этого не говорила, Коул опять все неправильно поняла), и после уроков повалила ее на землю. Лизель сломала руку, а Коул отстранили от занятий до конца семестра, потому что она была старшеклассницей, обижавшей малышей. Ей пришлось писать экзаменационные работы в учительской, под бдительным присмотром мистера Элиотта.

Я по-прежнему могу вытащить нас отсюда, через свои каналы. Свяжись со мной. Ты же не хочешь, чтобы другая команда добралась до тебя первой.

– Хорошо, – одобрительно замечает Зара, заглядывая ей через плечо.