Грэг стоял под струями теплой воды и размышлял о том, что через год Роб закончит школу, скоро ему исполнится десять, придет пора сдавать экзамены и проходить отбор. Грэг до мурашек, до дрожи в коленках боялся этого момента, а тот приближался с ужасающей скоростью.
– Я, наверное, сойду с ума от этих мыслей, – Грэг протер запотевшее зеркало. – Мне не было так страшно много лет назад, я сам тогда был мальцом, но не сошел с ума и сейчас не должен.
Больше десяти лет назад, когда Грэг осиротел, его маленького и потерянного забрали в детский блок. Горе мальчика было так велико, что он перестал говорить, почти не реагировал на обращения к нему. Так он провел больше года, полностью замкнувшись в себе.
Когда наступило празднование очередного нового года, в детский блок пришел мастер Бом. Мастер принес детям подарок, старые механические часы с гирьками в форме шишек и боем часов через каждые шестьдесят минут. Наверное, тогда и прилипло к нему это прозвище, бомм-бомм. Мастер встретил Грэга и узнал его, но на приветствие старого мастера мальчик ничего не ответил.
Детский блок для сирот располагался на втором уровне, где проживали инвалиды. Люди с врожденными патологиями или приобретенными увечьями, как никто осознавали свою обременительную ненужность на Дионе. Кто-то из воспитателей попенял мастеру Бому, что скоро будет отбор, и Грэгу грозит навсегда исчезнуть, ведь его запишут в калеки и до школы он не дойдет, а такие долго не живут.
Как только выдался случай, мастер Бом вновь пришел в детский блок. На этот раз он принес подарок Грэгу. Посадив мальчика на колени, мастер вручил ему пластиковый планшет и графитовый стилус для рисования, тихо прошептал: «Я обязательно за тобой вернусь! Жди! А пока выполни задание, нарисуй часы!»
Грэг помнил, как страшно сжалось сердце, когда уходил мастер, как кричали воспитатели и дергали за рукав дети, а Грэг стоял, не сходя с места, смотрел на часы и уже ждал старого деда.
С того времени Грэг целыми днями чиркал на планшете, стирал и снова чиркал. Отбор объявили раньше назначенного дня. Комиссия из трех человек пришла в блок прямо на обеде. Старшая по детскому блоку включила табло с личными карточками детей. Мальчики и девочки выстроились в шеренгу. Мужчина в белом комбинезоне, вероятно доктор, вызвал к себе детей, которым исполнилось шесть лет, осмотрел их, заставляя приседать, наклоняться, закрывать глаза и пальцем тыкать себе в нос. Незнакомец в синем комбинезоне увел шестилеток в другой лабиринт под названием «Школа». Малыши разошлись по местам и ждали своей очереди.
Подойдя к койке Грэга, женщина в красном костюме и доктор изучили карточку, задали пару вопросов и не получив ответа, переглянулись, но видимо что-то разглядев в рисунке на планшете, оставили мальчика в покое. Осмотр закончился, доктор забрал девочку, у которой наблюдалось косоглазие и вышел, ведя ее за руку. В блоке осталось четверо, два годовалых младенца, сам Грэг и сосед Грэга по койке, которого звали Стом. Мальчик был не на много младше Грэга, он часто плакал, держась за голову. Стом без сил лежал на постели, когда женщина в красном костюме подошла и взяла его за руку. Стом с трудом поднялся, рот его кривился, из глаз текли слезы. Грэг встал со своего места и взял Стома за другую руку. Женщина потянула Стома, увлекая за собой, Грэг изо всех сил держал одной рукой руку соседа, ухватившись другой за койку. Женщина, обернувшись, устремила гневный взгляд на Грэга и услышала одно лишь слово – нельзя. «Нельзя!» – повторял Грэг, все громче и громче, пока не набежали воспитатели и не растащили мальчиков. Двери за Стомом закрылись, Грэг понял, это навсегда.
Воспитатели отправились успокаивать малышей, которые хором подняли плач. Грэг шмыгнул за двери и кинулся к переходу. В лифт ему не попасть, взрослые используют электронные жетоны с номером, чтобы перемещаться между уровнями, это он помнил, когда его уводили из дома.
Грэг метался от двери к двери, проходил через пустые блоки, нашел лестницу в несколько ступеней, которая заканчивалась люком. Мальчик заглянул в люк, там была темнота без дна, голова закружилась, он не удержался и опрокинулся в бездну.
Грэг не помнил, сколько пролежал в темноте. Глаза различали контур вытянутого отсека, небольшой высоты. Мальчик вдруг почувствовал, что здесь он находится не один. Сначала Грэг решил, что здесь могут быть небольшие пушистые животные, они часто сбегали из сельскохозяйственного лабиринта с третьего уровня. Некоторые из нашедших оставляли пушистиков дома для забавы. Грэг двинулся вдоль стены, присматриваясь, вдруг его осенила мысль, а что, если это Стом, если ему удалось сбежать, и он скрывается здесь. – Стом, – позвал Грэг. Ответом ему было невнятное гу-гу.
