— Учитель? — переспросил я, подняв брови. — Серьёзно?
— Н-ну… в-вы же… у-учите м-меня. — она смутилась ещё сильнее, опустив взгляд. Носком кроссовка начертила невидимую дугу по грязному ламинату.
— Ох… ну, если так ставить вопрос. — я почесал затылок, ощущая, насколько он мокрый. — Ладно, согласен, глупый вопрос задал. Но предупреждаю: за двойки выгоняю в окно без предупреждения. — шутливо улыбнулся ей.
Аня слабо улыбнулась мне в ответ.
Чтобы разрядить момент, решил сменить тему на более приземленную.
— Слушай, а у нас осталось что-то перекусить? А то я голоден как зверь.
— Д-да! Точно! — она оживилась и метнулась к импровизированной “кухне” в углу. Пара мисок, горелка с плиткой, пачка сухой лапши, и несколько банок консервов.
Я взял бутылку воды и направился в сторону ванной. Дверь не закрывалась, щеколда не работала совсем. Но было не до церемоний – надо было смыть с себя не столько пот, сколько ощущение, что я и есть грязь. Под ногтями тоже было не очень, волосы приклеились к черепу. Грязь въелась в кожу, если бы не знал, думал, что мне её туда втирали.
Когда вернулся, в теле было ощущение лёгкости и блаженства. На мне теперь было свежее термобелье, найденное пару дней назад, сверху – чёрная футболка и лёгкие чёрные шорты. На фоне всего, это выглядело как костюм спортсмена-аскета. Зато было очень удобно. А большего мне и не надо.
Провёл рукой по волосам, всё ещё влажным от импровизированного душа, и уселся на кровать, служившую нам и кроватью, и креслом, и ковриком для медитации.
— Ну что, Вейла, — мысленно обратился к ней, глядя, как за окном небо выцветает в темные оттенки. — Как там ситуация, есть улучшения?
— Есть. И ещё какие! — бодро отозвалась Вейла, будто только что выиграла спор, которого никто даже не начинал. — У тебя солидно подрос пси-резерв. Сейчас около пятисот шардов. Не потолок для твоего уровня, но и не самое уж днище. А это прогресс. Значит, можешь теперь с чистой совестью разрывать монстров только на голой энергии.
— Люблю, когда ты меня так вдохновляешь. — отозвался с кривой усмешкой.
— Ага, ещё и восполнение ускорилось. — продолжила она, не давая вставить и слова. — Диапазон, конечно, разный, но в среднем… два часа на полный бак.
Откуда-то с улицы доносился скрип металлической двери подъезда. А ветер всё ещё продолжал играть с балконными дверьми на верхних этажах, время от времени доносился слабый звон стекла. Закат уже сменила полноценная ночь, темнота которой заполонила всё вокруг.
— Ну что ж. — хмыкнул я. — Похоже, всё это не зря. Теперь главное научиться этим пользоваться.
Большую часть оставшегося времени мы продолжали тренироваться. Я – с энергией и аспектом, Аня – с теоретической частью подготовки, средними физическими нагрузками, записями, и повторением того, что мы уже проходили. Иногда, в подходящие дни, чтобы немного отдохнуть, мы бродили по руинам торгового центра, вытаскивая оттуда всё, что ещё не стало трухой.
Огнестрел для Ани так и не нашли, то ли его вывезли, то ли изначально такого тут не было. Но вот в остатках помещения, среди обломков, мы наткнулись на витрину бывшего охотничьего магазина. Почти всё тут было разбито, но в углу под каменной крошкой, лежал он.
Меч.
Настоящий.
Длинный, тонкий, с прямым лезвием, если не ошибаюсь, то это был китайский цзянь. Ручка тёмного дерева, инкрустированная металлическими вставками. Вес где-то около килограмма – полутора, по ощущениям. Тёмно-красные ножны с тонкой резьбой. Казалось, их сделали под заказ и под женскую руку. В этот же момент у меня не было ни капли сомнений, кому его отдать.
— Он твой. — сказал я, протягивая его Ане.
Она недолго колебалась, но потом аккуратно, почти с благоговением, взяла в руки.
С легким звоном, клинок начал выходить из ножен, под мягкими движениями девушки.
Металл шелестел, вздыхая после долгого сна. Свет солнца ложился на лезвие, и тот настойчиво, но мягко его отражал. Аня не дрожала. Пальцы её прошлись по увесистым ножнам, и ни один мускул не дрогнул. Вес клинка не повёл её вниз. Даже наоборот… он сам лег в её ладонь. Она этого совсем не замечала.
— Нравится? — спросил не отрывая взгляда от её лица.
Она молча кивнула. После чего медленно провела ладонью по плоскости лезвия. Мне показалось, что она извинялась перед ним за то, что держит так долго без движения.
— Д-да… н-нравится. — выговорила она, голос дрожал в волнении. — Т-то-о-олько я… я н-не у-умею пользоваться…
— Научимся. — с улыбкой ответил девушке. — Тем более, мне и самому не помешает. А то пока только махаю как тракторист.
— Вот-вот. — тут же встряла Вейла. — Махаешь так, будто косишь пшеницу. А так, глядишь, сделаете из себя бойцов, а не циркачей.
Аня опустила взгляд, но в её глазах отражался отблеск клинка. Восторг, замешанный с ожиданием.
