Толпа постепенно редела. Те, кто выжил в первых минутах, начали собираться ближе к военным, направляющих всех в сторону туннеля, уходящего к другой станции. А весь холл и пространство – превратились в поле боя, которое было наполнено дымом, криками, выстрелами, запахом крови, пороха и сгоревшей кожи. Но Вишневские двигались туда, куда показывали координаторы. Через страх. Сквозь ужас. Словно у каждого из них был свой внутренний маяк. И пока они были вместе, они не потеряются.
Прошло уже несколько часов с того момента, как семья Вишневских и другие люди покинули станцию, охваченную паникой и смертью. Теперь они двигались через туннель, тот самый, что в мирное время поезда преодолевали за пару минут. Сейчас он растянулся в бесконечность, как кишка мёртвого города.
Темнота обволакивала, как старая промасленная ткань. Свет исходил лишь от фонариков, которые были в руках у идущих. Они иногда мигали, будто вот-вот выдохнутся. Помимо влаги, воздух начал приобретать запахи пота и страха.
Толпа шла медленно, почти шаг в шаг, как во сне. Кто-то бормотал молитвы. Кто-то держал руку на плече близкого, просто чтобы не потеряться. Дети молчали. Взрослые тоже. Чувствовалось общее бессилие Паника выгорела стремительно, точно так же как и началась до этого. Осталась тягучая усталость и глухое ожидание неизвестного.
— Пап, ты видишь?.. — Артём прервал тишину, указав рукой вперёд. Его голос был тяжелым, иссеченный поспешным бегством.
Евгений прищурился, силясь что-то рассмотреть в непроглядной тьме. Люди впереди становились всё плотнее. Шаг за шагом пространство сужалось, хотя сам тоннель оставался тех же размеров.
— Вижу. — ответил он. Голос был сухим и безэмоциональным. — Возможно, досмотр на новой станции. Или они что-то перекрыли. После случившегося... никому не верят. Даже сами себе.
Артём кивнул, но его лицо оставалось настороженным. Он чувствовал витающее напряжение кожей, как будто электричество текло по стенам. Алиса, шедшая рядом, шепнула.
— В любом случае, это не к добру.
Её лицо было бледным, но во взгляде мелькала жесткость.
Вероника Павловна шагала чуть позади, едва держа ритм общего движения. Усталость буквально впивалась в её кости. Каждый шаг отзывался глухой болью в ногах и пояснице. Она старалась не показывать, но Евгений видел, и потому держал её под руку, незаметно подставляя плечо, если она покачивалась.
Толпа продолжила сжиматься. Уже можно было слышать шепот людей рядом. Кто-то вскрикнул не громко, но этого хватило, чтобы дрожь прошла по рядам, вызывая неприятные ассоциации и воспоминания. Артём обернулся ожидая, что за спиной уже тьма, не просто визуальная, но настоящая, зубастая.
— Слишком тесно. — пробормотал он. — Если здесь начнётся что-то, мы можем не выбраться.
— Знаю. — коротко ответил отец. — Все равно, держимся вместе. Не отходите ни на шаг друг от друга. Если что, по команде назад, к рабочей лестнице. Помните, где она?
Алиса и Артём синхронно кивнули.
Сзади раздался странный неприятный хруст. С таким же хрустом ломается толстая ветка дерева. Потом второй, после которого раздался пронзительный женский крик.
Толпа дернулась вперед, покачиваясь всей своей массой.
— Назад! — крикнул кто-то из военных. — ВСЕМ НАЗАД!
Но уже было поздно.
Из темноты туннеля, сзади, раздвигая людскую волну, вырвались они.
Монстры.
Сразу пятерка. Пепельные чудища мерцали фиолетовыми прожилками. Высокие, вытянутые из человеческих тел на дьявольском костяке. Из их глоток раздавалось утробное рычание, но они не торопились, просто медленно шли, формируя подобие строя.
И люди… треснули.
Кто-то бросился вперёд, кто-то вбок, один мужчина полез на стены, царапая ногтями бетон. Кто-то кричал, кто-то возобновил молитвы. Кто-то просто застыл на одном месте. Паника возобновилась моментально. Взрываясь так же, как бензин, вылитый в костер.
Евгений резко развернулся, подтягивая Веронику к себе.
— Назад! Все назад, бегом бегом!
— Понял! — Артём выхватил свой перочинный ножик, лицо его заострилось.
— Есть! — Алиса встала между матерью и туннелем, поднимая рюкзак, надеясь так защититься, и не выпуская шокер из руки.
Монстры начали активное сближение, переходя на бег на всех четырех конечностях. Их мерный топот, глухой и размеренный, действовал на людей очень устрашающе.
Один их них с силой прыгнул, и с хрустом приземляясь на плечи кого-то из бегущих. Кровь всплеснула фонтаном, окропляя бетон, и проливаясь тонким ручейком. Визг, вопль, шлепок тел – симфония звуков, превращавшаяся в дикий оркестр выживания.
— Бежим! — скомандовал Евгений.
Толпа вокруг разрывалась в хаосе.
Крики, стоны, беготня… всё смешалось в месиво. Люди срывались с места, толкали друг друга, бежали по головам. Некоторые пытались затаиться, прижимаясь к стенам, надеясь, что это поможет им выжить и спастись.
