Пока было время решил поднять ещё один важный вопрос. И наличие капитана мне сейчас было на пользу, только в качестве свидетеля, о чем его в известность не поставил. Обратился я к Маше.
- Маня. Меня просили доставить тебя к своим. Сейчас мы на русской территории, где безопасно. Дальше около пяти тысяч километров неизвестности. При первой возможности я поеду дальше, но тобой рисковать не хочу. Ты совершеннолетняя и можешь принимать решение самостоятельно, хотя я несу за тебя ответственность. Прошу тебя остаться здесь и тебя устроят.
Машка побледнела, и глаза стали намокать. Никита с удивлением наблюдал за моим демаршем.
- Маша, отставить слезы! Прошу тебя принять разумное решение! - Продолжаю наседать.
Наконец-то и Никита вышел из ступора и решил меня поддержать.
- Маша, Лёня прав. Впереди неизвестность и большие риски. Пока мы не можем вам содействовать в дороге, но можем без проблем устроить у себя. У нас безопасно и найдем тебе дело. Я лично поручусь за тебя и дам Леониду гарантии во всем тебе способствовать.
Растерянная девчонка только переводила взгляд с меня на Никиту и обратно. Хотела что-то сказать, но никак не решалась.
- Маша, не бойся. Говори, как есть.
Наконец, мелкая собралась и выдавила из себя.
- Простите. Я не могу. Мне страшно. Может потом. Пока не могу. Я с Леней поеду.
Видно, что эти слова ей дались тяжело, и мы решили не испытывать и так слабую психику девчонки. Сел к ней поближе, и Машка тут же крепко ухватилась за мою руку.
- «Ох! Горюшко ты мое! Что с тобой делать-то!?»
