Земля несчастных полностью

К моему удивлению песня оказалась незнакомой для аборигенов. Пришлось взять А-капеллой, а Иваныч выудив из под стойки гитару постарался подобрать аккорды и неплохо с этим справился.
- Ой! Мама смотри что-то падает похожее на одуванчики!
Женщина улыбается - «Это, сынок, десантники!»

Не сказать, чтобы я обладал даром к пению, но любил это дело и всегда старался вложить в слова душу. В общем, песня тронула всех, а Иваныч попросил ему записать слова. Пока пел, в бар заглянули несколько человек, включая девушек в форме, которые разместились за соседними столиками. Похоже пришли на огонек, услышав, что тут происходит какое-то событие.
- Лёня, слушай, а когда мы встретились, что у тебя там играло? - Спросил Никита.
- Так Растеряев Игорь, вроде. Но там гармонь нужна, баян.
Оказалось, что хозяин кафе и на клавишах умеет, правда ловить темп ему было сложнее. Озорная песня с быстрым темпом наполнила зал кафе позитивными эмоциями, а сам Иваныч переместился за наш стол, оставив кухню и обслуживание на жену и дочь. Народу прибавилось, и кто-то старался подпевать. Мне сразу вспомнились деревенские застолья из далекого детства, на душе моментально стало уютно и по-домашнему.

Ко мне обратился особист.
- Лёня, а зачем от нас такую красоту забираешь? - И кивает в сторону Марии.
- Евгений Андреевич, она сама не хочет расставаться. Я несу за нее ответственность, пока не найдет свое место в этом мире.
- В таком случае, позвольте пригласить на танец вашу спутницу!? – «Ну и хитрец! Вот оно что! Понравилась ему Маша!
- Если дама не против! Пожалуйста! - А сам тихонько подмигнул Маше.
Маша не отказала, а подвыпившего Ивана Иваныча уже сменил аудиоцентр, который включила его дочь Елена.

- «Может зря я плохо подумал про протекторат с его коммунизмом?»
- Никита, - Обращаюсь к Нардину, пока Маша отвлекла особиста. - А у вас тут реально коммунизм?
- Как тебе сказать, Лёня. Из того что мне известно - у нас по типу современного заленточного Китая.
- И частный бизнес разрешен?
- Конечно! Только стратегическое производство и добыча ресурсов — это монополия государства. Ну и запрещены некоторые виды деятельности вроде азартных игр и ростовщичества. Зато очень мощная социальная поддержка, ну и безопасность выше, чем во многих других анклавах.
- А кто за это платит?
- Государство. Зарплаты могут казаться ниже, чем у других, но это полностью компенсируется тем, что предоставляем жилье, ну и медицину, и образование не забывай.
- А частный бизнес?
- Тут уже сам. Налог выше, но медицина и образование так же бесплатная для граждан ПРА.
- А Московские?
- Не нашли взаимопонимания. Там изначально капитализм. Долго пытались договориться, объединялись и расходились. В итоге просто остались в союзе. Перемещение свободное, никаких ограничений. Конфликтов нет, но у них своя экономика и законы.
- Там же вроде братки все решали?
- Да и сейчас бывают мелкие стычки, но мы к ним не лезем. Там уже полных дураков нет, а все вчерашние бандиты превратились в бизнесменов.
Ведерников, уже давно усадивший Машу на место, внимательно слушал наш разговор и вот снова включил «режим сверла». Не выдержал и вмешался.
- Леонид. Про нас тут много всякого говорят, но ты верь своим глазам, а не слухам. Посмотри вокруг и делай выводы. Приедешь к нам или нет - твое дело, но мы своих не бросаем. - Сказал, как отрезал.

Вечер был в той точке, когда вежливым гостям пора валить. Нет - не было разгула пьянства, ссор или драк, просто мы достигли того апофеоза, когда дальше это превратиться в пьянку без тормозов, а у нас завтра утром старт в наиболее длительный отрезок пути.

Будильник запиликал в шесть утра. Подъем был немного «с эффектом», но контрастный душ и чашка кофе быстро вернули к жизни. Собрались, упаковали сумки и спустились вниз к нашему авто.
- «Пора в путь-дорогу. Дорогу дальнюю...» - С утра засел в моей голове мотив песенки из старого фильма. Правда там про летчиков было, но мы тоже полетим, только «низэнько-низэнько».

Нас провожали Нардин и Ведерников, передали кейсы с моим оружием и ноутбук. Сопроводили нас за КПП, где дали добро на вооружиться. Пожал руки мужикам и двинулся в сторону Одессы.