– Не знаю! – прорычал Ру-пор. – Черт! И эти еще, – он шевельнул лапой, и на втором мониторе возникло изображение. По экрану плыла эскадра серебристых космолетов со знакомой символикой. Правда, эти принадлежали не Церкви Света, на их бортах красовались совсем иные знаки.
– Техномаги, – процедил священник.
– Эти тоже боевым порядком? – поежился Исаак.
– Да ты догадлив, парень, – фыркнул Ру-пор. – Но, кажется, есть хорошая новость.
Несколько серебристых кораблей отделились от группы и рванулись к флоту Церкви. Маневр не остался незамеченным. Пяток кораблей Церкви развернулись на ходу, не снижая скорости, и дали залп из всех орудий.
– Они не по нашу душу, – пояснил арибал, оскал его стал хищно-азартным.
Возле Семеги завязывалась битва. Космическая чернота вокруг расцвела всполохами выстрелов. То тут, то там замелькали сгустки плазмы, лучи лазеров. Вспышки то гасли, то вновь озаряли темноту.
Ру-пор неотрывно смотрел на экран с таким выражением на морде, что в миролюбивости его самого, его семьи, родственников и друзей-арибалов впору было усомниться.
– Чего уставился, псина?! – одернул его Исаак. – Давай гони отсюда.
– Не получается, – процедил сквозь зубы арибал. – Акселератор на максимуме.
– Тогда почему?.. – начал было Исаак, но тут же замолчал, догадавшись без объяснений.
Воронка, что раскрутилась до невероятных размеров, больше, кажется, не разрасталась. Возможно, энергия, что питала ее, иссякла, а скорее…
– Они открыли портал… – пробормотал рыжий. – Нас что, затягивает?
Ру-пор рыкнул что-то в ответ, но Исаак не расслышал. Арибал глядел на экран с убийственным выражением на морде и отчаянно перебирал конечностями над пультом.
– Держитесь! – прикрикнул собакообразный.
– За что? – не понял Габриель.
Но ответа не получил. Битва, корабли, воронка – замелькали беспорядочно, словно стекла в калейдоскопе. Корабль дернуло назад, закрутило. Чернота космоса сменилась потоком энергий, словно они летели куда-то по светящейся трубе.
От свечения и мельтешения закружилось в голове. Снова дернуло, Габриель ткнулся лицом в приборную панель, и на смену свету рухнула чернота.
Он плыл по черному, непрозрачному и живому. Тьма вокруг гладила его, словно материнская рука.
«Я в утробе, – пришла идиотская мысль. – Я умер, а теперь я скоро должен родиться. Жаль, что я не вспомню это потом, в новой жизни».
– Кто-то мне говорил, что священники Церкви Света – крепкие ребята. Чего этот парень отключился? И сколько можно спать?
Голос звучал лающе, в материнском лоне его быть не могло. Габриель открыл глаза. Чернота отпрянула, хотя вокруг было темновато, или это после ослепительной феерии воронки?
Он сидел в кресле. Рядом устроился Ру-пор, по другую руку – Исаак. Спут стоял и глазел на космическую тьму по ту сторону окна.
Габриель коснулся лба, голова тут же отозвалась болью. Под пальцами обнаружилась здоровенная шишка. Священник-следователь опустил руку.
– Что произошло? – спросил осторожно.
– Ты башкой о панель шандарахнулся, – охотно поделился Исаак. – А еще нас почти втянуло в вихревую воронку.
– Но мы вырвались, – добавил спут.
– А потом она закрылась, – закончил Ру-пор.
Габриель распрямился, сел поудобнее.
– А как же эти… Церковь, техномаги?
– А их засосало, – радостно сообщил Исаак. – Не всех, конечно.
Рыжий кивнул на монитор: большую часть картинки занимала Семега. Орбита была усеяна обломками разных форм и размеров.
– Это еще что? – спросил Габриель, хотя догадка уже холодно колыхнулась в груди.
– То, что осталось от тех, кто в воронку не попал, – всё с той же идиотской радостью поведал Исаак.
Габриель устало запустил пятерню в волосы. Похоже, приключения продолжались, а так хотелось тишины и покоя. Так надоело бесконечное движение и подчинение чьим-то правилам. Теперь тишины и покоя не дождешься.
Следователь встал с кресла и поглядел на троих приятелей. Исаак радостно улыбался. Спут и арибал, кажется, тоже не жаловались на жизнь.
– Чего радуетесь? – мрачно поинтересовался следователь. – Этого нам не простят.
– Да уж, – согласился Исаак. – Зато мы выкрутились. И Призраков больше нет. А еще Антрацит нарыл в информатории Церкви историю про одного космического пирата третьей волны и пару карт к ней в придачу. Этот жук всё награбленное перевел в платину, переплавил и припрятал на одной планетке. Не поверишь, там даже искать ничего не надо. Только прилететь на транспортнике, сесть на планету, прогуляться по лабиринту, забрать несколько контейнеров, и мы богаты.
– Осталось только транспортник найти, – поддакнул Ру-пор. – Но у нас нет на него денег.
– Зато у нас есть некоторый опыт, – напомнил спут. – На Паладосе мы с мистером Брауном…
Габриель закатил глаза.
– Господи, за что ты послал мне компанию трех придурков?
– Ты что, расстроился? – улыбнулся Исаак.
– Разочаровался, – устало отмахнулся Габриель.
– В нас? – не понял рыжий.
– Нет, – мотнул головой священник-следователь. – В мире… Или в его устройстве. Хотя… Мой мир всегда со мной. Выходит, разочаровался в людях, которые хотят иметь власть, наживаясь на мне в моем мире.
