Очень хотелось поскорей вернуться в реальность, но я понимал — раз уж смерти страшного врага хватило, чтобы меня снова выкинуло сюда, значит, нужно пользоваться моментом. Вроде бы, кто-то еще неделю назад верещал о том, что должен стать сильнее, причем в темпе вальса. Мир пляжа не разваливается на куски, а, значит, все в порядке. Айш-нор, если что, присмотрит.
Приняв решение, я устремился вперед, к приветственно распахнутым воротам.
С прошлого раза вид изменился. Во-первых, винтовая лестница как будто вдавилась в тело замка, открыв справа длинный коридор, по обе стороны которого виднелись двери. Во-вторых, прямо напротив входа вместо глухой стены теперь красовалась могучая решетка, заложенная аж тремя засовами и перекрещенными цепями. За ней во тьму уходили каменные ступеньки. Жутенько, если честно. В-третьих… А нет, всё, левый коридор остался прежним.
Очень хотелось погулять по этажам и разобраться с незапланированными изменениями в жилплощади, но, увы, времени не было, а потому я пулей взлетел под чердак и нырнул в приветливо открывшийся портал, успев выкрикнуть:
— Rip and tear, сучечки!
И пейзаж изменился.
Не скажу, чтобы он как-то повеселел с прошлого раза — меня окружала все такая же унылая равнина, но, хотя бы, вдалеке что-то зеленело. Похоже, меня переместило немного в другое место.
Интересно, а это тоже что-нибудь значит или просто великий демонический рандом выбирает локации произвольно? Спросить, что ли, Тор-илу?
А вот и она, легка на помине.
Демоница действительно уже летела, расправив огромные кожистые крылья. Не знаю, правда, зачем они ей, очевидно же, что хозяйка этих мест перемещалась с помощью магии. Ну, в чужой монастырь со своим уставом не лезут, как бы иронично это не звучало, применительно к чертям.
— Ты скор, — она удовлетворенно окинула меня взглядом, — набрался силы быстро. Сражений много, много жизней ты забрал.
— А еще сердца ел, — скривился я, — сырыми. Мерзость.
— То пища воинов, достойней всех.
— Как скажешь, госпожа, — я вздохнул. — Не хочу показаться невежливым, но я немного спешу. Не могли бы мы, ну… Как-нибудь ускориться. Что там сегодня мне пробьют, голову?
— О нет, коль было б все так просто, то избранных Судий в мирах встречали б всех, — с легким сожалением, в котором крылось предвкушение, покачала головой Тор-ила.
Я поежился. Похоже, предстояло что-то совсем уж мерзотное.
— Что бы это ни было, я выдержу. Не ради себя, а ради жены и дочери.
Наверное, сказанное прозвучало фальшиво, глупо и опереточно, но меньшей правдой от этого оно быть не перестало. Впрочем, Тор-ила лишь печально улыбнулась и протянула руку.
— Я поняла, идем.
Едва я коснулся ее ладони, как пейзаж переменился. Мы оказались подле… настоящего озера лавы. Жар стоял неимоверный, невозможный, такой, что даже дышать больно, хотя я так и не понял, чем это может дышать душа.
И это озеро оказалось отнюдь не пустым: в нем корчились, извивались, вздымая руки к небесам, вопили, широко распахнув рты, люди. И не только. Многих существ я даже опознать не смог, а среди тех, кто показался более-менее понятным, нашлось место парочке эльфов, натуральному дварфу и чему-то, сильно смахивающему на кентавра.
— О, господи!
— Господь любой не властен здесь, — жестко ответила мне демоница. — То наказанья, искупленья место.
— Что они совершили, что заслужили такое? — прошипел я, трясясь то ли от жары, то ли от ужаса, то ли от осознания того, что страшилки попов оказались кошмарной правдой.
Алый палец с длинным наманикюренным когтем вытянулся вперед, и Тор-ила принялась говорить, переводя свой обвиняющий перст с одной жертвы на другую:
— Насильник, расчленитель, живодер. Садист, убивший трех подростков. Детоубийца. Этот — просто вор…
— Погоди, сюда даже за воровство можно загреметь?
— Коль украдешь ты у больных людей, что мир покинут без лекарства дорогого.
Жалость к вору как-то сразу испарилась, и я мысленно пожелал уроду поплескаться в лаве еще годик-другой. А годик ли?
— И долго им еще так?
— У всех по-разному. Столетье, месяц, год, бывает даже день мучений. А кто-то добровольно сам сюда идет, чтобы очиститься, уйти в перерожденье.
Она многозначительно посмотрела на меня.
— Погоди…. Погоди…. Ты шутишь? — я с ужасом уставился на пузырящуюся и исходящую жаром лаву. — Я что, должен нырнуть туда? Ты серьезно?
Тор-ила кивнула.
— Но зачем? Как это усилит меня? Почему такое вообще делает искаженных сильней?
— С Пар-валеном связь укрепишь чрез муки ты. Таков закон, написанный веками.
Ноги подкосились, и я опустился на землю, в ужасе зажмурившись. Вот только даже сквозь опущенные веки пробивался кошмарный жар.
— Неужели нет других способов? — жалобно прошептал я.
— Для подопечных Судий — нет.
Безжалостный ответ, не оставляющий пространства.
— А для других? — на всякий случай уточнил я.
— У всех по-разному. К примеру едоки, те кто разумных плоть для силы пожирает, должны сражаться… Лордов дураки служить в их мире, ранги набирая. Мы — Судии, и знаем мы одно…
