– Да нет, вроде не было. Хотя ведь… – он покрутил в воздухе пальцами. – Не всегда в подобных случаях сразу же поступают как надо. Не всегда бьют во все колокола, когда ребенок где-то пропал или, что еще хуже, ребенка украли и этим шантажируют родителей.
– А если полиции известно о похищении?
– Сравнил! Тогда все намного серьезней. Если у тебя есть какие-то сведения или домыслы по этому поводу, давай выкладывай!
Прекрасно понимая, что в компетенции Мартина все проверить и узнать будет намного проще, я рассказал ему о своих сборах ежевики и мучающих сомнениях.
– Конечно! Все это немного странно, – согласился Мартин. – Но не слишком ли ты сгущаешь краски? Да и еще подозреваешь похищение? Насколько я знаю, дом с охранной сигнализацией, и им сейчас пользуется кто-то, кто снял его в аренду. Не думаю, чтобы Фергюссоны сдали свой особняк совершенно незнакомым людям или не заслуживающим доверия. И на каком основании я мог бы зайти в дом и что-либо проверить? На основании твоих подозрений?
– А нельзя ли это сделать незаметно? В этакой случайной форме?
– Андре! – он смотрел на меня с явным укором. – Ты что, принимаешь меня за частного детектива? – увидев, как я с досады скривил губы, утешил: – Я обязательно приму это все к сведению. Еще раз просмотрю текущие сообщения и даже постараюсь выяснить, естественно, как можно поделикатнее, кто эти люди, которые там живут и чем занимаются.
– Ну смотри, тебе видней. – В душе я был не до конца доволен обещаниями Мартина, но что делать? Оставалось только одно: постараться самому кое-что выяснить. И у меня тут же забрезжил некий план, при осуществлении которого можно было получить нужную информацию и обойтись без лишнего шума и нежелательной огласки. Я даже заулыбался, довольный своей сообразительностью, что не укрылось от внимательно за мной наблюдавшего Мартина.
– Чему это ты так радуешься? – в его тоне чувствовалось подозрение. – Не вздумай сам шляться по чужим участкам и любопытничать. Малейшая на тебя жалоба, и полиция отреагирует должным образом.
– Ну вот, уже и угрозы пошли применить дубинку! – засмеялся я.
– Каждый должен заниматься своим делом! – назидательно сказал Мартин.
– Вот именно! – мое утверждение выглядело слишком уж многозначительно.
– Может, хватит? – спросила долго молчавшая до этого Карлота. – Я бы что-нибудь перекусила. Андре, ты говорил, что у тебя некие несметные запасы продуктов.
– И сейчас я их продемонстрирую! – я стал раскрывать молнию на своей сумке. – Мартин, давай присоединяйся к нам!
– Увы! – он встал, поправляя рубашку и надевая головной убор. Тем самым принимая строгий и официальный вид. – Надо идти в участок.
– А! Вот вы где! – раздался сверху звонкий женский голос, и мы все одновременно подняли головы. Ловко прыгая с камня на камень, к нам спускалась очаровательная девушка с большим пластиковым кульком в одной руке и одеялом в другой.
– Тереза! – обрадовалась Карлота, бросаясь к ней навстречу. Они поцеловались и подошли к нам. Мартин моментально изменился до неузнаваемости. Сорвав с головы фуражку, он нервно мял ее и смущенно переступал с ноги на ногу.
– Привет! – выдавил он из себя почему-то охрипшим голосом и даже закашлялся. Девушка в ответ обдала его таким ледяным взглядом, что даже я поежился.
– Добрый день! – она сказала это надменным тоном, обращаясь только к Мартину. И тут же, отвернувшись, всем своим видом показала, что он ее совершенно больше не интересует. Карлота представила меня:
– Это Андре! Хоть я с ним познакомилась совсем недавно, оказывается, он друг детства наших папенек. А это Тереза, моя подруга. И детства тоже.
Мы прижались с Терезой щеками в знак приветствия, и она заулыбалась, видно, сразу поняв шутку своей подруги.
– Вы, дядя Андре, прекрасно выглядите на свои годы.
– Стараюсь, малышка, стараюсь! – ответил я, покряхтывая и придавая своему голосу больше солидности. – Веду здоровый образ жизни, принимаю солнечные и морские ванны, регулярно бегаю…
– Интересно, за кем? – вставила Карлота.
– Не за кем, а за чем! – поправил я ее. – За здоровьем, естественно! В нашем роду все такие. Крепкие и долгоживущие. Недавно к моему прадедушке, дай бог ему здоровья, даже с телевидения приезжали, хотели записать целый репортаж о его преклонном возрасте.
– Так мы можем увидеть о нем передачу по телевизору? – с ехидством спросила Карлота. На что я сокрушенно развел руками и тяжело вздохнул.
– Нет, к сожалению. Во время съемок произошел неприятный инцидент, и они были прерваны, так и не завершившись.
– Что, прадедушка не дожил? – с деланым сочувствием спросила Тереза.
