В течение ночи на 10 августа наши саперные подразделения сняли во вражеских минных полях у подножия высоты около 3,5 тысячи противотанковых и 880 противопехотных мин.
Утром началась наша атака. Вал за валом накатывались танки на высоту, уничтожая вражескую артиллерию и самоходки.
Помню, докладывают: погиб комроты старший лейтенант Ф. С. Семиволос. Его заменил командир взвода. Подбито несколько танков в батальоне П. В. Лусты. Пополняем поредевшие экипажи, и роты вновь идут на штурм высоты. Поддерживавшая нас артиллерия нанесла в конце дня сильный удар по двум линиям вражеских окопов и скоплению боевой техники.
Кровопролитный бой завершился трудной победой лишь к ночи. Высоту 271,5 удалось взять фланговым ударом. Вскоре танки и пехота освободили и деревню Сосково. На поле боя горело до 20 вражеских танков и штурмовых орудий. Остатки немецких частей в беспорядке стали отходить в западном направлении. К их преследованию приступили войска 13-й армии.
Жители Сосково и окрестных деревень Катыши, Мелихово, Хмелевая, Троицкое, где захоронены в братских могилах павшие в боях советские воины, свято берегут память о них. На высоту 271,5 в День Победы обычно приходят сотни людей. Пионеры и комсомольцы получают там уроки мужества. Ныне местные жители называют высоту 271,5 высотой Советских танкистов.
В ходе боев в этом районе 3-я гвардейская танковая армия нанесла противнику значительный урон, но и сама понесла большие потери. 11 августа она была выведена в резерв Ставки и сосредоточена в районе Сухая, Торхово, Апальково, Холодово. На этом наступательные действия 3-й гвардейской танковой армии в Орловской операции закончились. Вскоре была получена телеграмма командующего бронетанковыми и механизированными войсками генерала Я. Н. Федоренко, в которой сообщалось, что Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин высоко оценивает боевые действия 3-й гвардейской танковой армии и объявляет благодарность всему личному составу армии. В ходе боев на орловском плацдарме в армии родилось немало героев. Я уже рассказывал о подвигах воинов нашей танковой бригады, и хотелось бы продолжить эти славные страницы боевой летописи танковой армии на примерах других частей и соединений. Вот некоторые, наиболее памятные мне.
Наша пехота штурмовала вражеский опорный пункт в районе деревни Никольское. Командир танка из 88-й бригады лейтенант М. П. Окорков, получив задачу поддержать ее атаку, стремительно ворвался в деревню и смело ринулся навстречу вражеской колонне. Отважный экипаж вывел из строя танк, орудие, поджег несколько автомобилей с гитлеровцами, но и сам попал в критическое положение: от вражеского снаряда загорелась боевая машина. Пришлось укрыться в близлежащем доме и до позднего вечера вести неравный бой в окружении. В ходе схватки лейтенант был ранен, но продолжал стрелять. Экипаж вел огонь из ручного пулемета, автоматов, забрасывал немцев гранатами. Но кончились боеприпасы. Готовились к рукопашному - последнему, смертному бою. И вдруг радость: подоспела подмога. Гитлеровцы откатились, усеяв трупами подступы к дому, на время заменившему танкистам броню. За этот подвиг М. П. Окорков был удостоен звания Героя Советского Союза. Высокие награды получили и другие члены экипажа.
Я уже упоминал имя талантливого комбрига полковника Леонида Сергеевича Чигина. Командуя 113-й танковой бригадой, он проявил исключительную храбрость и героизм в боях за населенные пункты Голубок и Гусево, где разгорелась одна из жестоких схваток с врагом. Фашисты имели превосходящие силы, вели губительный артиллерийский и минометный огонь. В трудную минуту, когда вот-вот могла захлебнуться наша атака, комбриг смело повел бойцов и командиров вперед и... был смертельно ранен. Воины бригады достойно отомстили за гибель любимого командира, они уничтожили пятнадцать танков и до полутора сот гитлеровцев, освободив эти две орловские деревни. Л. С. Чигину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Этого высокого звания был удостоен и заместитель командира мотострелкового батальона 106-й танковой бригады офицер П. Ф. Самохин, который с небольшой группой автоматчиков отразил контратаку врага. Он был ранен в грудь и, истекая кровью, продолжал в упор расстреливать гитлеровцев из автомата. Воины Самохина стояли до конца, и противник не смог овладеть важным рубежом, а подоспевшие части бригады опрокинули и сокрушили врага.
