Тут же исчезли предложения на продажу мехов, а те что остались, резко подорожали. Индейские негоцианты были хорошо информированы о пристрастиях европейских коллег и обладатели соответствующего товара решили подождать цены.
К их великому огорчению приезжие не бросились сбывать за бесценок ткани, одеяла, железо и оружие. Кусков, следуя обычаям, не спешил. Он подождал денёк для солидности, а затем послал КайюсХайсу, вождю деревни Валамт, против которой стала на якорь "св.Екатерина", богатые подарки: начищенный до зеркального блеска медный кирасирский кивер с султаном и плащ, подбитый горностаем.
Подарки и уважение были оценены и на следующее утро сам вождь со свитой явился на берег.
"Они были наряжены в самые лучшие уборы … головы были убраны перьями и пухом. Они пели песни, приближаясь к нам, и каждый держал весло, кроме самого тайона, который, имея на себе красный суконный плащ из вчерашнего подарка и круглую шляпу, выступал важно, несколько в стороне от своего войска … Пение свое сопровождали они телодвижениями, которые под конец превращались в исступлённые … музыка состояла из их голосов и бубна. Не успели они отвалить от берега, как начали петь и плясать, а один, стоя на носу, непрестанно вырывал пух из орлиной шкурки, которую держал в руках и сдувал оный на воду. Приблизясь к нашему кораблю, они остановились, запели песню, коверкались всячески и потом взошли наверх. На шканцах пляска опять началась и продолжалась около получаса. Затем г.Кускову были вручены ответные подарки, 6 речных бобров По окончании сей церемонии позвал я в каюту свою тайона, его зятя с женою и старшину, а прочих приказал угощать наверху."
На другой день уже Кусков отправился в Валамт с ответным визитом. Ради престижа он остался сидеть в байдаре, которую его гребцы вынесли далеко на берег. На землю Иван Александрович ступил только после личной просьбы вождя.
После обильного угощения и обмена подарками: виргинский табак и китайские леденцы против чинукской юколы, начался деловой разговор. Кусков рассказал, что до главного тоена Нанука-Баранова дошли известие о силе, богатстве и щедрости великого вождя КайюсХайаса и огромной торговле в его землях. Он, Кусков, был послан с подарками, должные свидетельствовать об уважении, которое питают к КайюсХайасу даже в далёком С.Петербурге, где живёт великий император. Чтобы не гонять большое судно зря, а посылать малое значило не оказать должного уважения, вместе с подарками было отправлено большое количество товаров, чтобы обменять их на известном всему миру торге. И тут он, посланник, оказался в тяжёлом положении. Если обменять все товары разом, то его тоён Баранов не получит столько мехов сколько хотел. А задерживать судно нельзя т.к. оно должно выполнить ещё одно поручение.
Гость и хозяин несколько минут курили свои трубки рассуждая о трудностях выпадающих на долю послов, после чего КайюсХайас предложил самое простое решение. Дорогой посол с товарами остаётся у него в гостях, а судно отправится выполнять своё поручение. Кусков восхитился мудрости вождя и не преминул спросить, отправит ли вождь кого-нибудь на судне в знак уважения к гостям и сможет ли он построить магазин для товаров и жильё. Тогда после отъезда можно будет оставить приказчика, дабы в будущем году снова прислать товары.
Строительство КайюсХайас разрешил и одобрил, а насчет аманата заявил, что родственника, готового отправиться на столь долгий срок у него сейчас нет и что любой торговец, пока он соблюдает законы, на землях его племени неприкосновенен как посол и ущерб, ему нанесённый, жестоко наказывается. Не даром его народ носит также имя "кламас"- "люди с торгового пути".
В тот же день начали строить избу и два магазина. Ещё через пол месяца "св.Екатерина" отправилась вниз по Орегону делать съёмку и отыскивать фарватер в лабиринте дельты, а Кусков с приказчиком Воробьевым и двумя каюрами остался заниматься политикой и торговлей.
Разумеется чинуки не могли спустить подобной наглости. Ведь всему побережью, от Аляски до Калифорнии известно, что провоз товаров в низовьях Реки это исключительно их право. Сколько поколений прошло с тех пор, как их предки пришли сюда и наладили торговлю.
Уже после третьего дня работы по выявлению фарватера тёмной и дождливой ночью вахтенные (капитан Вальронд приказал удвоить вахты) услышали как к судну подбирается каноэ. В ответ на окрик, запрещающий им приближаться, сидящие в каноэ отвечали что идут с дружескими намерениями и с мехами для торговли. Срочно разбуженный капитан призвал их уйти и вернуться поутру. Индейцы отвечали утвердительно но продолжали приближаться. Когда каноэ подошло почти к борту Вальронд приказал вахтенным стрелять поверх голов и тогда они вернулись на берег.
