В 1840г., полагая, что новая "республика" станет барьером на пути дальнейшей экспансии СШ на юг, независимость Техаса признали Англия, Франция, Нидерланды и Бельгия, сами преследовавшие корыстные цели в данном регионе. Однако планы Бодиско были прямо противоположны. Он считал продвижение СШ на юг выгодным для России, так как это отвлекало основные силы экспансии от Орегона.
Условия, в которых ему приходилось претворять свои планы в жизнь - фантасмагоричны. Посланник, действующий вне указаний своего МИДа и на средства частной компании, старается обменять территорию государства непризнаного его страной (Техас) и части территории другого государства, также непризнанного (Мексика), на земли, на которые его страна официально не претендует и которые принадлежат сразу двум владельцам (СШ и Англия).
Другим направлением его политики было склонение общественного мнения к тому, что Англия стремится захватить Восточный Орегон. Эту идею муссировал близкий приятель Никласа Биддл, видный издатель и журналист Дафф Грин и такое же мнение высказал в своем отчете Чарлз Уилкс, исследовавший по поручению правительства Ван-Бюрен спорные территории. Однако никакой реальной британской угрозы Орегону в то время не существовало. Напротив, интерес к нему с английской стороны заметно ослаб, так как в связи с первой "опиумной" войной 1840-42гг. и открытием китайских портов (согласно Нанкинскому договору 1842г.) многие купцы и предприниматели, занимавшиеся скупкой пушнины в Оре-
гоне, переключились на торговлю с Дальним Востоком. Интерес КГЗ к этим землям также значительно ослаб. Бобр по большей части был выбит и фактории на притоках Орегона стали убыточными.
Напряжение между СШ и Англией несколько спало летом 1842г., когда в Вашингтон со специальной миссией прибыл представитель банкирского дома "Бэринг" Александр Бэринг лорд Эшбертон. Перед ним стояла дипломатическая задача разрешить два территориальных спора - северо-западный (орегонский) и северо-восточный (спор Мэна и Нью-Брансвика). Его переговоры c государственным секретарем Дэниелем Уэбстер по вопросу о разграничении на северо-востоке оказались успешными, чего нельзя сказать об орегонском вопросе. Подписание 9 августа договора, урегулировавшего спор о северо-восточной границе СШ с Канадой смягчило общий политический климат, что не входило в планы Бодиско. Плохо было также, что британцы не проявляли интереса к Калифорнии, которая, согласно стратегическим планам Александра Андреевича, должна была стать главнным товаром в торге за Орегон.
Его планы неожиданно поддержала Франция в лице элегантного и обаятельного атташе французского посольства в Мехико. Эжен Дюфло де Мофра прибыл в Монтерей на корвете "Нинфа" с важным и тайным заданием. В чём оно состояло видно из секретного отчёта де Мофра. "Калифорния будет принадлежать той стране, у которой хватит смелости направить сюда корвет и двести человек солдат… Этой провинции самой судьбой предназначено быть захваченной и мы не понимаем, почему бы Франции не получитьт свою часть в этом великолепном наследстве".
Соединенные Штаты отреагировали правильно и сразу же отправили в Калифорнию эскадру из четырёх кораблей под командованием коммодора Чарльза Уилкс. Они должны были пробыть в заливе Сан-Франциско "достаточное время для промера глубин и составления карт". Посылая эту "картографическую" экспедицию при 160 пушках Вашингтон не побеспокоился заручиться согласием Мехико.
Офицеры эскадры не могли удержаться от восторгов по поводу залива: "Он просто создан для нас!" Однако коммодор оставался скептичным и составил на удивление мрачный отчёт. "Страну эту никик не назовёшь привлекательной. Здесь не видно ни малейших признаков земледелия, да и земли по обе стороны залива непригодны для него. Калифорния при первом же знакомстве не производит благоприятного впечатления ни своей красотой, ни плодородием."
К счастью к тому времени вовсю заработала фабрика слухов запущенная Бодиско. В бостонских газетах появились достоверные сообщения о том, что Мексика отдала Калифорнию Англии в счёт покрытия долга в 7 млн.долл. Командующий Тихоокеанской эскадрой СШ коммодор Томас Джонс получил одновременно: свежие газеты; письмо от консула в Масатлане, который извещал, что война с Мексикой из-за присоединения Техаса должна вот-вот разразиться; известия, что английский флот покинул Гонконг держа курс указанный в запечатанном приказе. Срочное совещание офицеров пришло к единому мнению: "Удар следует нанести немедленно!"
19 октября 1842г. эскадра коммодора Джонс прибыла в Монтерей. В полночь на борт флагманского фрегата "Сединенные Штаты" поднялся губернатор Альварадо для составления статей капитуляции. В 9 часов утра капитуляция была подписана. В 11-00 коммодор высадил на берег 150 морских пехотинцев. Мексиканский флаг над президио был спущен и заменён на флаг СШ. Радость коммодора от успешно проведённой операции завяла в 16-00, когда появился консул Томас Ларкин с последними газетами и письмами из Мехико, доказывающими, что война ещё не началась.
