Вся эта пестрая публика скапливалась здесь уже в течение многих дней, не делая секрета из дальнейших планов. Армия должна была идти на северо-восток, в Канаду, на помощь готовому вот-вот вспыхнуть восстанию франкоканадцев. Вояжёры в лагере дожидались прибытия Луи Папино, бывшего спикера в Ассамблее провинции Нижняя Канаде. Несколько лет назад он, воодушевленный идеями демократических преобразований в Соединённых Штатах при президенте Джексоне, открыто выступил против "дворцовой клики" и высших чиновников и попытался добиться введения выборности должностных лиц по нашему образцу и чтобы Ассамблея (законодательное собрание) контролировала действия исполнительной власти.
Восстание республиканцев было жестоко подавлено и Папино вынужден был бежать в Соединённые Штаты, где он надеялся заручиться помощью для освобождения Канады от британского гнёта. Но правительство в Вашингтоне отказало в помощи патриотам, тем самым изменив принципам свободы и заветам отцов основателей. Теперь эти борцы за свободу и независимость надеются добиться своего с помощью русских друзей…"
Разумеется никакого военного лагеря, как и самого специального корреспондента в природе не существовало. Под псевдонимом Дэн де Киль писал Уильям Райт, известный мастер журналистских мистификаций, ни разу не бывавший в Рус-Ам, в которой, на тот период, едва хватало сил для наблюдения за огромной береговой линией в ожидании вражеского десанта.*(11) Райт имел в своём распоряжении достаточно правдивой информации о положении в генерал-губернаторстве и достоверно описал индейцев и вояжеров. Сведения о драгунах у него были устаревшими. Прибывший в колонии только в 1853г. Рижский драгунский полк перешёл на новую форму одежды и вместо киверов или овчиных шапок, как в Американском полку, носили "фуражные шапки", нечто вроде бескозырок зелёного цвета с опушкой полкового, красного, а не белого, как в 1-м Американском полку, цвета.
Впрочем Американскому полку полагалось указом от "1842 ноября 26 - Офицерам и нижним строевым чинам Американского драгунского полка, впредь до утверждения новой формы, установлены фуражные шапки, вместо овчинных." Но указанные "офицеры и нижние строевые чины" не желали менять гордые папахи на презренные фуражки и, на радость полковому начальству и штетловским и ново-архангельским скорнякам, овчиные шапки их не снашивались уже лет 15.
Описание казаков Райт скорее всего взял из какой-то книги, в которой рассказывалось о запорожцах или донцах.
При всех явных ляпах статьи через 10 дней она была перепечатана в нью-йоркской "Геральд", а ещё через три недели - в "Таймс". Ещё раньше это известие достигло Торонто и генерал-губернатор Эдмунд Хэйд спешно отправил в Лондон просьбу "не медля… отправить в Канаду не менее трёх полков королевской пехоты и двух - кавалерии". В ожидании подкрепления Хэйд, не смотря на заверения лидера правящей партии Реформистов Луи-Ипполита Лафонтена в лояльности франко-канадского населения, всё же призвал к оружию ополченцев и приказал арестовать Иезикиля, вождя племени моравиана. Вождь попал под подозрение только потому, что его племя, несколько сот индейцев первоначально принадлежавшие к племени лени ленапе (делавары) с реки Манси в Пенсильвании, относились к моравским братьям. А именно это направление протестантизма широко распространено среди чероки, которых, по утверждению Райта, "очень много в готовой к походу в Канаду русской армии".*(12)
Впрочем, скорее всего, Хэйда беспокоило не гипотетическое русское нашествие, а угроза аннексии со стороны СШ, где усиливались экспансионистские настроения. Сенатор от штата Мэн Уильям Саливан произнёс встреченную общим одобрением речь, в которой потребовал денонсировать договор 1842г. о разграничении и присоединить к СШ графства Нью-Брансуик "на территорию которого мы имеем полное право".
Подкрепление в Канаду так и не прислали, в Англии не хватало солдат даже для усиления своего контингента в Крыму. Вместо этого Крэмптон, британский посланник в Вашингтоне, "случайно" встретившись с бароном Стеклем на приёме у прусского посланника, затеял было обычный светский разговор. Но затем, посетовал на то, "как часто нам, дипломатам, приходится исправлять ошибки политиков". И почти сразу, почти прямым (для дипломата) текстом предложил "…исправить и эту ошибку, приведшую к никому не нужной войне на Тихом океане, то есть там, где нашим великим державам в принципе нечего делить. Англия ни в коем случае не претендует на русские колонии, как и Россия не претендует на колонии британские."
Стекль правильно понял этот толстый намёк и в ту же ночь отправил в Ново-Архангельск Завойко рекомендацию свернуть каперскую войну.
