Нисколько не удивившись моему появлению, Сергей, зло сплёвывая на палубу, ответил:
– Черт, уже вторую леску с крючками какая-то уродина оторвала! Если дальше всё будет происходить в таком темпе, то скоро мы вообще без снастей останемся. Тут уже никакой собачий корм не спасёт – сдохнем от голода, блин!
– Ни хрена себе и, правда, оторвали! Так это же толстая и сверхпрочная леска – она же рыбину килограммов в тридцать должна выдерживать.
– Вот именно, что должна, а она, сволочь, не хочет!
– Блин… Неужели тут плавают оковалки больше тридцати килограммов.
– Оковалки не то слово!.. Тут недавно из воды высунула морду такая акулища, мама, не горюй – тонны две, наверное, весом! Даже Оззи с испугу сиганул в рубку, как последний щенок. Приучили пса, пока плыли по реке, срать у края палубы, прямо в воду, вот он чуть и не поплатился за это. Только бедный пристроился, как из воды выпрыгнула эта тварюга. Пасть, наверное, метр на метр, зубищи – размером с мой походный нож. Ей всего нескольких сантиметров не хватило, чтобы Оззи за хвост цапнуть.
– Да… положеньице… Что же теперь будем делать?
– Что, что… Стальной трос, наверное, вместо лески придётся кидать. И крючки самодельные нужно мастерить. Их на поводки из тонкого стального троса присобачим – хрен, какая гадина сорвёт. Этот тросик килограммов двести выдержит. Правда, чтобы их достать, придётся стеклоподъёмники в автомобильных дверях размонтировать. Но что не сделаешь, чтобы добыть гигантскую рыбину.
– Офигел, что ли? Как ты такую рыбину из воды вытащишь?
– Лебёдкой, которой мачту двигаем. Она же у нас съёмная. Когда будет для дела нужна, обратно перенесём. А лучше, чтобы не бегать, откопаем в трюме строительную лебёдку. У неё трос двадцать метров, вот к нему и приделаем поводки. И не нужно будет отматывать остатки троса из бухты, которую нашли в трейлере.
– Ну, это ладно! А из чего же ты крючки такие сделаешь?
– Фи… Да нужного материала у нас в трюме хоть задом ешь! Подбираем подходящую по размеру пружину и болгаркой нарежем из неё крючки.
– Да рыба же с них слезет в два счёта?
– Ну, какая-то слезет, а какая-то и не успеет. Нам и нужно-то в неделю хотя бы одну такую рыбину поймать, и можно плотно набитые животы греть на солнце до следующей рыбалки.
– Стухнет же за неделю!
– Ну, это я так, образно сказал. Думаю, будем вылавливать свежую рыбку гораздо чаще. А что касается стухнет, то можно же её и подкоптить!
– А соли ты где столько найдёшь?
– Да-а… Это, конечно, проблема, но будем коптить и без соли. Вымочим в морской воде и развесим над костёрчиком. Теперь тепло и дрова экономить уже не нужно. Ты заметил, кстати, что вода в море солонее, чем на нашей Земле!
– Ещё бы не заметить, я вон всю ночь чесался из-за этого. На Чёрном море был, так от той воды не чесался, а тут, стоило один раз вымокнуть в морской воде, так, кроме того, что всю ночь не спал, так ещё и сменной одежды лишился. Вон, колом стоит от этой соли.
– Так и мою можно хоть сейчас перемолоть и использовать вместо соли. Да, Миха, придётся нам использовать часть пресной воды, чтобы постираться. Да и самим нужно каждый день обтираться пресной водой. О полноценном банном дне я, конечно, не говорю, но если не хотим покрыться экземой, придётся каждый вечер смывать с себя эту соль.
– Всё, замётано! Я тоже думаю, что можно часть бочек опорожнить на благо гигиены. Тем более, девки уже заскучали, книжечки, понимаешь, начали почитывать, скоро им дискотеки подавай. Чем расслабляться, пусть займутся женским делом – постирают нам всё. Ты им про акулу расскажи, небось, поймут, что мы не на курорте. У нас сейчас какой расход пресной воды в сутки?
– Ну, литров тридцать тратим, наверное, вместе с приготовлением ухи и мытьём посуды.
– Так… допустим, месяц мы будем плыть, значит, нам необходимо для этого бочки четыре воды. А у нас всего двенадцать. Значит, получается, что шесть бочек можем смело использовать на стирку и собственную помывку.
– Запросто, капитан! Правда, нужно предусмотреть дополнительную бочку для тракториста. Этого селянина нужно обмывать почаще.
Сказав это, Сергей засмеялся, я же просто хмыкнул и заметил:
– Что ржёшь, кретин! Тебе бы оказаться в его шкуре! Вон я сутки помучился с этой морской болезнью, не дай бог больше. Короче, «Склифосовский», давай-ка мастерить новую снасть. Что зря лясы точить?
После этих слов мы ещё пару минут полюбезничали, награждая друг друга разными эпитетами, и начали обсуждение наших дальнейших действий. Через час, подобрав все нужные материалы, приступили к изготовлению, как мы её шутя назвали – «сверхмегасуперудочки». Девушек я тоже озадачил новой деятельностью. В основном, конечно, пришлось повозиться с нашей главной эмансипэ – Верой. Но после того как я её уломал, даже продолжающая страдать от морской болезни Наташа приобщилась к грандиозной стирке. Хотя стиркой это было назвать трудно – мыла и стирального порошка уже давно не было. Просто одежду и нижнее бельё несколько раз прополаскивали в небольших объёмах воды и вывешивали сушиться повыше – чтобы брызги от волн не могли на неё попасть.
