— Какой интересный ход! — оценил Семен Яковлевич, то ли обрадовавшись, то ли удивившись.
— Как это влияет на субординацию? — судя по шевелению губ, слова принадлежали Юрию.
Наверно, он был озадачен, хотя по лицу не скажешь. По его физиономии, похоже, вообще невозможно было сказать ничего.
— Никак не влияет, Юрий, — ответил Семен Яковлевич. — Значение этого решения не касается твоего статуса кадастрового инженера земного Департамента кадастра и поверхностных отношений. Зато касается субординации всех связанных с кадастром специалистов Кентаврихоры. К слову, администратора и его советника в том числе. Теперь нашему уважаемому другу Селеслоку в области местного кадастра не подчиняется только министр природных ресурсов, но министр, в свою очередь, кадастру уже как бы и не нужен. Сечешь, Юрий? — с сарказмом спросил Семен Яковлевич, тоже, очевидно, не будучи высокого мнения о моем преемнике.
— В таком случае, спешу с ответными поздравлениями! — вернул я порцию джентльменской вежливости Селеслоку.
— Присоединяюсь к поздравлениям! — добавила Любомира. Сразу после выхода на балкон она прилипла к парапету и засматривалась пейзажем, вслушиваясь в наш обмен новостями и любезностями.
— На этой оптимистичной ноте предлагаю завершить наше совещание и вернуться к процедуре передачи проекта, — предложил Семен Яковлевич. — Наше отсутствие могут неверно истолковать.
— Не стоит беспокойства, слухи уже наверняка поползли, их не остановить, да и нет надобности, — успокоил новоиспеченный координатор кадастровых реформ. — Полезнее и приятнее было бы добавить интриги: первым вернусь в зал я, затем Юрий и Любомира, мы сразу приступим к оформлению передачи проекта, а вы войдете чуть позже.
Возражений не последовало. У меня с куратором остались вопросы, нуждающиеся в обсуждении без свидетелей.
— Семен Яковлевич, простите за непрофессиональный подход, но Вам и только Вам скажу честно: мне Юрий не нравится! — выплеснул я эмоции, как только наши коллеги скрылись под сводами зала.
— Это нормально. — Одной короткой репликой разбил все заготовленные мною аргументы куратор.
— А как же проект?! Он же его похоронит! — с ревностью к своему детищу воскликнул я.
— Не все же способны на прорывы, подобные твоему, Гена. И не нужно: никакому процессу не идет на пользу безоглядное движение вперед семимильными шагами. В постоянной спешке не мудрено потерять контроль. Даже эволюция движется скачками. Так вот, ты заставил кадастр на Кентаврихоре совершить скачок, и для удержания позиций и подготовки следующего скачка требуется спокойно, основательно и кропотливо закрепить успех. Юрий своеобразен: десять лет регистраторского стажа, ни одного нарекания, безоговорочное соблюдение инструкции и полное отсутствие инициативы. Департамент решил, что кентаврихорскому проекту сейчас нужен именно такой специалист. Энтузиазма и инициативы полно в остающейся после тебя команде из местных кадров, кто-то должен уравновешивать их энергию.
— Десять лет стажа, надо же! Я буду таким же через десять лет?! — от этой мысли у меня мурашки побежали по коже.
— Нет, Гена, конечно, нет! — усмехнулся Семен Яковлевич. — Каждый из вас самородок по-своему. У тебя свои достоинства, но Юрий тоже бывает полезен. Ты способен сработаться с разными людьми, ты ведь доказал это, так что справишься.
— Отвезите его на другую сторону планеты, я все равно не отделаюсь от разящего запаха прожженного бюрократа! — я поморщился, так как Юрий был не на другой стороне планеты, а в соседнем помещении.
— Поверь, Гена, я сам рад, что по распоряжению депратамента этого зануду и буквоеда снимают с моей шеи и ссылают на Кентаврихору.
— Но теперь он на моей шее!
— Да, это так. — Просто подтвердил Семен Яковлевич то ли с сочувствием, то ли с облегчением.
— Да уж, факт! — все, что оставалось заключить мне по поводу своего преемника.
Мы помолчали. Я пытался осадить табун мыслей и выстроить их в равномерно марширующую шеренгу, не позволяя при том мозгу задымиться под припекающим солнцем Кентаврихоры — слишком много сегодня произошло перемен, выяснилось обстоятельств и свершилось открытий, и совсем не было времени все это осмыслить. Семен Яковлевич не отвлекал, позволяя мне навести порядок в голове, словно терпеливая нянька, выжидающая, когда капризному ребенку надоест маяться.
— Как Вам удалось решить вопрос с местными? — наконец перешел я к следующему пункту. — Аскальдазд и Настуриарий в курсе, что включены в команду по работе с остальными районами планеты?
