Поднимаюсь и иду проводить ревизию встроенных шкафов для хранения. Открываю и не могу сдержать восторженного вздоха. Здесь не просто шкаф, а целая отдельная гардеробная, где бережно развешаны несколько десятков потрясающих нарядов, аккурат моего размера и вкуса.
Ух ты!
Какой заботливый и продуманный мужчина!
Интересно, а в душевом отсеке что?!
Спешу туда. Когда дверь открывается, у меня вырывается очередной вздох удивления.
Здесь не отсек, а полноценная ванная комната, как в апартаментах! С круглым окном и отдельно стоящей ванной перед ним. А ещё много всяких очень нужных баночек с уходовыми средствами, косметика и куча мелочей, без которых ни одна нормальная девушка не сможет прожить и дня!
Хотя мне приходилось... аж на протяжении четырёх лет!
В академии были строгие правила, которые распространялись в том числе и на женских особей. Нам предоставляли форму, зубной и душевой набор, расчёску и на этом всё. Что-то своё проносить строго-настрого запрещалось...
Зато до-о-ома! Там я отрывалась и обмазывала себя всем, что попадалось под руку.
И сейчас оторвусь!
Набираю ванну с пенным порошком, не отказывая себе в удовольствии понежиться в воде с цветными пузырьками. Несколько часов наслаждаюсь водными процедурами, пробуя каждое средство, заботливо подготовленное для меня... кажется, даже ненадолго засыпаю, но это всё лучше, чем вспоминать, почему и из-за кого я здесь нахожусь.
Накидываю халат и возвращаюсь в основную каюту.
Спать хочется неимоверно! Зеваю и зеваю...
Ложусь и сразу же засыпаю, едва голова касается подушки.
***
Мне снится сон. Вернее, вовсе не сон. Я знаю, что сильные жамилы способны встречаться со своими избранными в сновидениях. Так что ясно понимаю, кто жаждет пообщаться со мной.
Только он в очередной раз не спросил, надо ли мне это. Потому что нет.
Даже если ему запрещали, угрожали или что-то ещё... не знаю, на что способны родители, а в особенности мой кровный отец — Сириус Гарсон... но как минимум Максимус мог сказать мне! Мы бы вместе придумали выход из сложившейся ситуации. Нашли рычаги давления, смогли бы быть вместе!
Но он выбрал другой путь. Лёгкий, удобный. Пошёл на поводу и отказался от меня.
Уму непостижимо!
— Мария, я слышу все твои мысли, малышка... — говорит этот предатель.
— Я не предавал тебя, так было нужно, — он подслушивает и отвечает на мои мысли.
— Ты считаешь это не предательство? — кричу в никуда. Я его не вижу, он не показывается мне. Вокруг только волны энергии, которые связывают нас сквозь время и пространство.
— Почему молчишь? Я задала вопрос! — начинаю злиться. Хотя, скорее, не прекращала этого делать. Просто абстрагировалась.
— И сейчас я планировала поспать, а не шляться по всяким свиданиям вслепую! — рычу вслух или мысленно. Не понимаю, да и неважно это. До него всё равно дойдёт смысл сказанного или подуманного. Так говорят вообще? Наверное, нет...
О, Всевышний! Избави меня от очередной истерики.
— Прости, — после затяжного молчания говорит эль Кортерра. Сдавленно, виновато, даже с каким-то надрывом.
Но что для меня эти извинения?
Словам я больше не хочу верить, только поступкам. А его действия, говорят сами за себя.
— Ты в опасности, малышка. Альварез не сможет тебя защитить. Он слишком самоуверенный. Таких обычно легко обвести вокруг пальца.
— Алекс мне не врёт в отличие от тебя! Рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Он сразу сказал, кто мы друг другу. — меня уже не остановить...
— И знаешь, я рада, что ты отказался от меня! — язвлю в своей манере.
— Я не отказывался,
— Это ты послушай! — перебиваю. Не хочу слушать оправдания! С меня хватит! — Твои поступки говорят сами за себя. — завожусь, словно двигатель космического корабля.
— Я больше не хочу тебя видеть, эль Кортерра! Не хочу слышать! Я буду с Алексом. Буду любить его, принадлежать ему, — говорю жёстко, стараясь задеть побольнее. — Спать с ним! Понял?!
И не дождавшись ответа, я сбега́ю из сновидения и просыпаюсь...
Максимус эль Кортерра
Моя девочка бесследно исчезает, и я открываю глаза.
— Идиот, — резко сажусь и хватаюсь руками за голову. — Я окончательно потерял её...
Она меня презирает и ненавидит. Это факт. А зная, какой принципиальной может быть Мария, факт неоспоримый.
Альварезу теперь все карты в руки. Я сам открыл ему дорогу к её сердцу, хотя всеми силами пытался оградить... какой же недалёкий идиот!
— Почему всё так произошло? В каком моменте я ошибся? — сквозь стоны цежу.
В груди болезненно колет.
Думаю только о ней, о том, где она сейчас... с кем... может, уже рядом с ним назло мне?!