Я не отвожу взгляда от безжалостного экрана Перископа. Смотреть на себя со стороны через столько лет... Как же я был глуп и самонадеян. А Илона, - маленькая, хрупкая, но уже взрослая, уже мудрая: еще не опытом, но инстинктом. Да, так и было: я не сошел с тропинки, не уступил ей, не сказал нужных слов, не... Нескончаемая вереница "не"...
Именно в тот год стартовала Эра Вторжения в Надземелье. Технотронная суперцивилизация, ведомая Федерацией номинальных государств и реальными Цехами, рванулась в Небо. Не оглядываясь, не смотря под ноги. Кто из нас думал, что на деле открывает Эру Скорпиона?
Срочно требовались свежие куски жизненного пространства. И даже многочисленные жертвы на межпланетных трассах не ослабили космический прессинг. Соперничество между Цехами гасило любые призывы пересмотреть стратегию экспансии. Цена выпускника Космоколледжа взлетела к звездам.
На Илоне, - легкое розовое платьице. Как облачко на восточной заре. Что ж, ее, - в отличие от меня, - было кому наряжать. Папа, мама, бабушки, дедушки, дядечки, тетечки... Полный семейный набор. Илона улыбнулась, все тем же ехидно-критическим взором окинула помещение рубки. Я похолодел: сейчас она шагнет внутрь "Ареты", и соединится несовместимое.
Но нет... Кто меня пощадил? Биомозг "Ареты", вакуум?
Тропинку у моря мгновенно заместил Зал Памяти Космоколледжа. Галерея живых портретов Героев Космоса. На постаментах красного золота четырехмерные фантомы жизни... Можно поговорить, пожать руку, поправить складку одежды. По поверью, в лунные ночи они сходят с пьедесталов, собираются вместе и вспоминают то, что неизвестно живым.
Сколько раз уже Галерея раздвигала-расширяла стены? Уверен, уже приготовлены пять мест для экипажа "Ареты". Передо мной медленно проплывают фигуры, лица. Кто улыбается, кто смотрит с серьезной печалью. Не хватает только увидеть самого себя. Что будет означать: мы не вернулись. Не вернемся...
Я смотрю и вспоминаю. Впервые за столько лет, и - по принуждению. Не хватает человеку Земли ни времени, ни сил, ни желания оглянуться на пройденный путь. Оглянуться и попытаться увидеть, в какие моменты судьбы свершились как нужные, так и крайне сомнительные поступки. Разве нет у человека такого дара, как свобода выбора?
Не знаю, сколько сейчас Героев в Галерее. Число их растет пропорционально росту человеческой активности в Космосе. Курсантов готовят на пределе психофизических возможностей. Выпускник Космоколледжа отличается от обычного землянина, как полубог Геракл от смертного троянца.
"Надземельцами" летный состав именовали официально затем, чтобы отделить нас от работников стационарных космостанций, лунных и марсианских поселенцев, специалистов инфраструктуры космоса. Из этого "Над..." струился свет околобожественной значимости. Так создавался престиж, и так росло население Галереи. А действительный смысл гордого "Надземелье"... В своем элитарном круге опытные космолетчики именовали себя "безземельцами". Но сколько из них так и не успели дать себе истинную оценку? Став капитаном, я попытался препарировать стратегию кураторов Космоколледжа. Но альтернативы действующему порядку не нашел. Похоже, безмерные цены продвижения в Небо нельзя было сбросить ни на один пункт, ни на одну жизнь. "Надземельцы" платили дань беспрекословно: людскими жертвоприношениями и невозможностью оставшимся в живых вернуться в обычное земное бытие.
Программу подготовки курсантов полностью засекретили после моего выпуска. Федерация опять уступила Цеховым вождям. Что и зачем скрывать? И от кого? Теорию и практику космонавигации? Курс обеспечения безопасности космических строек? Или психологические основы контакта с внеземными цивилизациями? Ну, может быть, некоторые моменты психофизической подготовки, закрученной вокруг интегрально-восточной системы.
Мало что могу вспомнить в деталях. Разве что трехмесячное участие в научной экспедиции Академии Розы Мира. Знаменитые пещеры Марса... Свежие, не тронутые земным любопытством, - их только что открыли. Открыли и через месяц закрыли. Почему закрыли, и сейчас не знаю. Марсиане не оставили нам ничего из своей технологии. Только образцы искусства, исполненные невероятно живыми, превосходящими диапазон человеческого восприятия, красками. Мне повезло. В прорытых под пирамидой Вечного Ужаса ходах я нашел два осколка неизвестного прозрачного минерала. О, то были волшебные камни! В глубине их светили и двигались мириады искр-огоньков. Сравнить было не с чем. Земля еще не имела ни "Ареты", ни ее Путевого Шара. Если Шар сделать твердым и разбить на куски, получится примерно то же.
Один камешек я подарил Илоне в день ее двадцатилетия под видом амулета. Он ушел вместе с ней. Тот день рождения она встретила стажером на рейсовом крейсере-челноке "Луна-Фобос", командование которым я только что принял. Второй камень вошел в коллекцию Цеховой Академии.
Ничего не вернуть. Словно и не было ничего.
